А ведь туристов только привлеки, особенно таких состоятельных, что могут себе позволить оплату обучения и покупку экипировки. Довольно дорогой, кстати экипировки. Экономический комплект от «Cheetah» стоит четыре тысячи рублей, а «профессионал» уже двенадцать. Так вот, этим туристам, богатым наследникам, увлёкшихся бизнесом и забывших о воспитании потомства, папаш, требуются и другие развлечения, а самые популярные у них — игра в казино, пьянство, половой блуд и тому подобные непотребства.
Пришлось создавать специальные закрытые туристические зоны, чтобы и денег как-то заработать, и не развратить этим паскудством своих родных далкилендцев. Так, внутри страны, в специально отведённых для порока зонах, появилась похотливая и распутная, но очень богатая заграница.
В феврале 1959 года, умер султан Сомали Мохаммед Али Шир. Великий человек. Основатель первого в новейшей истории по-настоящему независимого и процветающего африканского государства — центра кристаллизации Африканской Империи. Да, и Империя уже начала собираться: Эритрея, Джибути, Кения, Танзания, Мозамбик — весь восточный берег Африки — от Африканского Рога, до русского Южно-Африканского Союза, фактически управляется из Могадишо. Формально эти страны независимые, но их независимость и внутренний порядок обеспечивает сомалийская армия. Полумиллионная армия, вторая по численности армия в мире, имеющая боевой опыт войн в Судане, Аравии, Китае и Индии. Армия, высший командный состав которой — американские негры, прошедшие Вторую Мировую, теперь они не только генералы и полковники, но и бароны-шейхи.
Мохаммед Али Шир заслуживает памятников в каждом африканском городе, и они обязательно появятся, если Абдуллаху удастся сохранить и приумножить наследие своего великого отца. Преумножить на всю Африку, кроме ЮАС и средиземноморского Магриба.
Похороны, по мусульманской традиции, проводятся в тот же день, до захода солнца, но Майкл О Лири на них успел, как и султан Йемена, хранитель Мекки и Медины — Кахтан аш-Шааби. Похоронили, помянули. Султан Йемена отправился отдыхать, а Майкл О Лири с Абдуллахом Али Широм сели обсудить совместные дела и планы.
Новому сомалийскому султану только что исполнился тридцать один год, из которых он почти четыре прожил в России, в Севастополе — учился в КВВУЛМА, потом проходил подготовку в отряде Василия Сталина, даже в космос слетать уже успел. Двадцать вторым из всех землян. Разумеется, всё это не могло не наложить значимого отпечатка на его менталитет. Абдуллах по-прежнему считал себя мусульманином, но не считал должным строго следовать Адату. Выпили по глотку Tullamore Dew. Не чокаясь, молча — так поминают своих близких русские.
— Отец тебе рассказал про доли в порту Кисмайо и «S-City Bank»?
— Нет. Он сказал, что всё, что нужно, расскажешь мне ты. И велел слушаться тебя, как самого Аллаха. Аллах Акбар, — говорили по-русски, английский Абдуллах знал плохо.
— Воистину Акбар, — кивнул ирландец, — так вот, компания «MOLMAS, Inc», которая построила порт в Кисмайо и управляет им, теперь наполовину принадлежит тебе. Лично тебе, как частному лицу. А ещё двадцать процентов в «S-City Bank».
— «МОЛМАС» ведь компания американская?
— Да. Зарегистрирована она в Лос-Анжелесе, Калифорния.
— И именно она проводит изыскания для строительства железной дороги до Йоханнесбурга?
— Вообще-то до Кейптауна, но не только. Ещё от Адена до Хайфы и тоннеля под Баб-эль-Мандебским проливом.
— Ого. И мы с тобой будем всё это строить? Ладно ты, а я-то где денег возьму?
— Сами всё не будем. Сделаем проект, получим разрешения и продадим концессии.
— Да кто их купит. Вон, даже в Америке все железные дороги разорились.
— Не все. А в России каждый год строят новые — тысячами километров, да ещё и электрифицированные. Загадывать не буду, но наша дорога ведёт из России на севере, в Россию в Южной Африке… Твоя доля в «S-City Bank» сейчас стоит примерно шестьсот миллионов рублей. Точнее сказать сложно, компания частная, акций в свободном обороте нет. Если захочешь продать этот актив — проведём аудит.
— Пока не хочу. Надо же, а отец был гораздо богаче, чем я думал. Наверное, мне нужно с братьями поделиться?
— Не нужно. Твоих братьев, с семьями, мне поручено увезти из Сомали. Всех — это воля твоего отца.
— Куда увезти?
— В Гоа. Нуждаться они ни в чём не будут, об этом позабочусь я. Им тоже завещано немало, так что не беспокойся.
— А если они не захотят уезжать?
— Значит, ты их вышлешь. Своей властью. Это планировал сделать твой отец, но не успел.
— Странно это, но спорить не буду. Надо всё обдумать. Извини, Майкл, мне нужно отдохнуть. Тяжёлый был день.
— Мне тоже нужно. Завтра обсудим дела военные. Хорошо, что аш-Шааби тоже здесь, ему предстоит сыграть главную партию.
— Ты о чём?
— Завтра, Абдуллах. Сегодня я слишком устал.
