Да, наверняка кто-нибудь бы подумал, что можно разорить эту «Кока-Колу», и выкупить за чисто символическую сумму всё её имущество, включая и товарный знак, но не мистер Майкл О Лири. Нет, всё это, конечно, можно провернуть, средства для этого есть, только ведь и трофей, за время такой «войны», неминуемо потеряет весь рынок. Рынок и вдобавок репутацию, которая является одним из самых ценных активов любой публичной компании. Договариваться гораздо выгоднее, за это время можно скупить акции на бирже в Джорджии*, причём на самом дне, осторожно играя всякой «аналитической» информацией, каналов для «слива» которой хватало с избытком.
*правление компании находилось в Атланте, КЮША
А раскрутить «Кока-Колу» помогут сами русские, когда запустят космонавта, с белой надписью «Си-Си-Си-Пи» на красном шлеме. Произойдёт это очень скоро. Интерес Майкл проявил, согласие продолжать переговоры дал, дальше уже пусть работают юристы и брокеры.
Да, соккер для Ирландии, на этот раз, закончился печально, но это всего лишь игра. Одна из многих игр. В какой-нибудь обязательно повезёт. Когда-нибудь.
Матч СССР — Ирландия закончился, когда в Филадельфии было час пятьдесят пополудни. Последний четвертьфинал, должен был начаться через час десять.
— Мне было очень приятно провести время в вашей компании, джентльмены. Прошу простить, но игру Швейцария — Бразилия, смотрите уже без меня.
— Вы заключили контракты с МЛБ, НФЛ и «Кока-Колой», Сэр?
— Джентльмены! Вы меня знаете, а я вас — нет. Во-первых — это нечестно. Во-вторых, вы пришли в бар, который является собственностью мистера О Салливана, чтобы посмотреть соккер, а пытаетесь устроить здесь брифинг. Если мистер О Салливан сейчас вызовет полицию, всем вам грозит крупный штраф. Да и вопрос дурацкий. Контракты такого уровня не заключаются в барах, под соккер и пиво. Мы договорились начать переговоры. Тонкостей много. Футбол* и бейсбол пока не интересны русским, а значит потребуются дополнительные усилия и затраты, на их продвижение. Я сделал своё предложение, но согласовать его обязательно должны все клубы обеих Лиг. Шансы на благоприятный исход оцените сами. «Кока-Кола» — это сладкая газированная вода. Сладкую газированную воду теперь умеют производить даже в Африке. Обсуждать я не против, но с определённых позиций. «Кока-Кола» стоит столько, сколько стоит и ни цента больше.
*здесь: американский футбол
— Извините, Сэр. — чуть склонил голову мужчина лет сорока — сорока пяти, выкрикнувший первый вопрос, — Стив Дастин, редактор спортивного отдела «Нью-Йорк Таймс». Мне нет никакого дела до сладкой газированной воды, но судьбы бейсбола и футбола очень интересуют.
— Сделаю вам рекламу, мистер Дастин — лично я, в последнее время покупаю «Нью-Йорк Таймс», только если там есть ваши репортажи о боксёрских поединках. Я бы на вашем месте, когда-нибудь издал их книгой. Блистательно, но, к сожалению, оценить это могут очень немногие. Если решите сменить работу, то приглашаю вас редактором отдела бокса в «Эй Эн Би Си».
— У вас нет прав на трансляции боёв.
— Только потому, что у меня до сих пор нет приличного редактора, мистер Дастин. Бои мы организуем сами. Организуем новую ассоциацию* и повергнем конкурентов в честной борьбе, так получится выгоднее и интереснее для болельщиков. Это в моих планах, но пока не из первой очереди, однако, с вашей помощью, очереди могут поменяться. Бокс я очень люблю, в детстве сам мечтал стать профессиональным бойцом, но помешала Великая Депрессия. Теперь уже не узнать — были ли у меня шансы на какой-нибудь пояс… Прав на трансляции боёв у меня пока нет, но есть желание. Моя мотивация показалась вам убедительной?
*имеются в виду наградные боксёрские чемпионские пояса
— Более чем, Сэр.
— Позвольте не спортивный вопрос, Сэр. Ник Райс, Вашингтон Пост.
— Я женат, у меня четверо детей — три сына и дочь. Ирландец, католик. Американец в третьем поколении, мой прадед прибыл в Филадельфию из Дублина. Образование — считать, читать и писать умею. Ваш вопрос всё ещё актуален?
— Актуален, Сэр. Вы активно поддерживали Макартура в борьбе с Никсоном, а после вошли в его кабинет министром Торговли. Не считаете, что часть вины за произошедшее лежит и на вас в том числе?
— Не считаю, мистер Райс. Соучастие Никсона в убийстве президента Эйзенхауэра сейчас уже доказано, но мне и тогда это было очевидно. Никсон стал бы пуделем Черчилля, и обязательно втянул бы нас в войну с Советами. Макартур, в итоге, тоже оказался полным идиотом, но в тот момент он был прав. Выбирать тогда нужно было из них двоих, как говорят русские — меньшее из двух зол. Я изначально не строил планов войти в кабинет Макартура, и вышел из него сразу после оглашения его идиотской доктрины. Когда я его поддерживал, ни о чём подобном речи не шло. Но всё равно я убеждён, что Никсон был бы ещё большим злом.
— Теперь вы вошли в администрацию переходного президента Кларка?
— Об администрации речи не идёт. Я согласился быть его личным советником.
— Вам много за это платят?
— Достаточно, чтобы я согласился работать советником.
