— Ты быстро учишься, брат мой король, — усмехнулся Али Шир.
— Намного быстрее, чем тебе кажется, брат. Впервые я упокоил пособника шайтана в четырнадцать лет.
— Шайтан служил в полиции?
— Нет. В налоговой службе.
— Тогда ты точно не промахнулся по шайтану, брат мой.
— Я знаю, брат. Мне пора. Твой ответ?
— Отдай шайтану право на контрибуцию за шестьдесят процентов, брат мой Майкл, но мне нужны скидки на вертолёты.
— Двадцать процентов сразу — это все мои личные полномочия. Попрошу для тебя ещё пять, как для брата. Ты на свадьбу-то собираешься?
— Конечно, если хватит денег на топливо для самолёта до Москвы.
— Топливо я тебе оплачу. Туда и обратно. Но купить китайскую контрибуцию даже не проси.
— И даже за сорок процентов?
— Смотря, от какой суммы ты эти проценты считаешь.
— От пятисот миллионов в рублях.
— Это тебе точно посчитал шайтан, чтобы нас поссорить. Что ты хочешь на эти деньги купить?
— Самолёт радиолокационной разведки.
— Хорошая штука, брат. Но такими штуками играются только очень серьёзные люди, а ты, при всём моём к тебе безмерном уважении, на такого никак не тянешь. Шайтан назначил очень многих выше тебя, несмотря на все старания бесконечно мудрого и справедливого Аллаха, Аллах Акбар!
— Я придумал бизнес, Майкл, — улыбнулся, оценив юмор, султан Сомали.
— Мне даже слушать это страшно.
— Ничего тебе не страшно, не ври. Я не идиот, и отлично понимаю — что такое бизнес, хоть его и придумал шайтан. Между нами — мной, тобой и Йеменом, бесплатно плавают нечестивые торговцы нефтью.
— Шииты?
— И сунниты тоже, пусть шайтан сам их там сортирует. Ты другое пойми, Майкл, — эти нечестивцы нам, за право здесь безопасно проходить, ничего не платят. Как будто нашими землями и водами правят глупые и безвольные бабы, а не воины. Тебе самому-то не стыдно? Подвесим самолёт ДРЛО, и будем досматривать всех, кого Госстрах под защиту не взял. А таких ведь девяносто процентов.
— Если ты думаешь, что придумал гениальный бизнес — разочарую. За пиратство вешали ещё в семнадцатом веке.
— Ты очень умный, Майкл, но всё равно глупый. Я у тебя не эсминцы прошу, чтобы самому пиратствовать. Я предлагаю тебе собирать ценную информацию, которую у нас будут покупать на том берегу Красного моря. И заниматься страховкой, конечно. Очень многим она понадобится и очень быстро, ведь ни один без страховки мимо нас не проскочит. В страховой компании морских перевозок, которую организуешь ты, моих тридцать процентов. Согласен? Если согласен, одобряй сразу весь пакет, вместе с китайской контрибуцией и самолётом.
— О, Аллах! И эти люди ещё обвиняют Шайтана в коварстве.
— Хватит, Майкл. Я у тебя прямо спросил.
— Спросил ты прямо и честно, но я не уверен, что ты правильно осознаёшь все последствия. То, что ты планируешь, будет напрямую влиять на биржевую цену нефти. Нас с тобой даже не в порошок сотрут, а в кашицу, в мокрое пятно на дороге цивилизации и прогресса.
— Я всё отлично осознаю, Майкл, в том числе и то, к кому обращаюсь. Не тебе, брат, оценивать пути человечества к прогрессу и цивилизации. Ты поговори с русскими. Я уверен, что им эта идея понравится.
— Если уверен, то почему сам не поговоришь?
— Ты же сам понимаешь, что самое главное в этом бизнесе — страховая компания, а её мне без тебя не организовать на должном уровне. Я возьму на себя технические вопросы, а ты финансовые. Поговоришь?
— Ладно, поговорю. Насчёт китайской контрибуции отвечу в Москве.
— Храни тебя Аллах, брат мой!
Седьмого ноября 1955 года, Государственный Космический Комитет РССР объявил о дополнительном наборе в отряд подготовки космонавтов. Пополнить ряды Военно-Космических Сил предстояло десяти женщинам и десяти мужчинам, на этот раз не лётчикам, а учёным и инженерам — их будут готовить к работе на орбитальной станции, которую планируется запустить в 1957 году. В праздничном эфире «Миров будущего» товарищ Сталин-старший поздравил свою коллегу Елизавету Георгиевну Виндзор с зачислением в отряд, а телезрителей со скорой организацией передачи из космоса.
Страна восприняла эту новость с ликованием. Люди обожали Василия Сталина, любили Елизавету и очень гордились космическими достижениями, а теперь, назначенная на двадцать четвёртое декабря свадьба обрела дополнительный смысл — в этом мире появится первая космическая семья, совсем как в фантастических романах о далёком будущем. Сказка становится былью прямо на глазах.
