– Ты грязнуля и бездельник! – Железнов довольно наблюдал, как Оберст, зацепившись клювом за прутик крышки клетки, как маятник, раскачивался на высоте двух метров. При этом ему совершенно не мешала скорлупка от семечки, сидевшая точно по центру клюва. Глаза у Оберста поблескивали, он явно был доволен своим «высоким» положением. – Ну-ка слазь и почисть клюв, – Железнов чуть повысил голос и изменил интонацию на строгую. Оберст сходу зацепился лапой за клетку, подтянулся, зацепился другой и по схеме «лапа – клюв – другая лапа» бодро, вниз головой преодолел вертикальную стенку. Добрался до жердочки и двумя резкими движениями клюва по жердочке снизу вверх, сначала слева, потом справа очистил клюв, развернулся в сторону старшего друга и медленно закрыл и открыл глаза – «я сделал это!».
Железнов в ответ улыбнулся:
– Молодец, мог бы и сам, между прочим, без подсказки…
– Оберст – молодец!
– Молодец, молодец, – пробормотал Железнов, думая о чем-то своем и ожидая, пока загрузится компьютер.
– Оберст – молодец!
– Ну, поскромнее, поскромнее нужно быть… И люди к тебе…
– З-з-звонок. – Оберст развернул голову в профиль. – З-з-звонок, – еще раз достаточно четко произнес Оберст.
– Да слышу я, слышу.
А в голове мелькнуло: «Черт, вибровызов он, что ли, ощущает, реагирует еще до звонка».
– Алле! – Железнов поднес трубку к уху, даже не взглянув, от кого звонок. – Я не в духе! Говори мало, приходи быстро!
– Саша?
– А, это вы, Маша. Извините, в это время мне обычно звонят опаздывающие на работу сотрудники, утверждающие, что они «задерживаются». Хотя смысловая часть верна, я хотел бы с вами увидеться.
– Вы не занесли мой телефон в справочник? – Железнову показалось, что настроение собеседницы подупало.
– Нет, не занес.
– Вам… неинтересно со мной общаться? Извините, я больше не…
– Маша, ну что вы там шепчете?! Вы же сами! Сами просили меня не звонить вам! Между прочим, без объяснения причин – имеете право! И чтобы удержаться от соблазна позвонить вам и не выполнить данное вам обещание… далее понятно?
– А вам хотелось позвонить мне?
– Маша, вы интриганка, каких поискать! Ну как можно не хотеть позвонить такой женщине?!
– Я не интриганка. У меня дети, семья, муж и… воспитание в духе честных семейных отношений. А сейчас я еду на работу… и мне нестерпимо хочется поговорить с вами, услышать ваш голос. А с работы я тоже не могу позвонить…
– Вы агент иностранной разведки? Что значит – не могу позвонить с работы?
– Не могу сказать. Как-нибудь потом…
– Ага, потом… Хорошо. Вернемся на исходные – ну а встретиться, встретиться мы с вами когда-нибудь можем? Обсудить государственные секреты и выпить по чашке кофе?
– Я не знаю… Я уже приехала. Я вам позвоню.
Услышав гудки, Железнов захлопнул телефон, постоял некоторое время в задумчивости: «Странно все это. Надо перекурить… И подумать…»
Аппаратная
– Ну что, Саня, – Наум оторвал взгляд от мониторов, – а не рвануть ли нам с тобой куда-нибудь отдохнуть, все-таки тридцать три недели непрерывной пахоты. А?
– Нам – это втроем? И кто?..
– Да есть тут одна… Из финалисток…
– Наум! – Железнов с легкой укоризной посмотрел в глаза друга. – Ты же мне на пачке презервативов клялся, что никто из проекта! Никто!
Железнов резко развернулся в сторону айтишников.
– Приставал?
– Приставал, – буркнул Андрюха.
– Петлю просил набросить, – констатировал Железнов, кивнув в сторону Наума. – И для которого номера?
– Какую петлю?! – На лице Наума обозначилось полное непонимание. – Программку, а не петлю! – Наум сделал «лицо Арлекино». – Для тринадцатого… для Женьки Павловой.
– И? – Железнов не отпускал взгляд Наума.
– Они меня послали… – Наум обреченно махнул рукой, чего еще можно было от них ожидать. – Я их позвал с собой. Напились, в общем. И все.
– Андрюха?!
– Все.
– Точно?!
– Нет. Мы ему свой прогноз выдали. Тринадцатый – это четвертый этап. Если раньше не пересечется с девятнадцатым, третьим или двадцать девятым. Высокий рейтинг по всем параметрам.
Железнов развернулся в сторону Наума.
– Ладно. Казнь откладывается. Поеду. Но только в Новую Зеландию.
– Куда?! Саня… Туда же лететь черт-те скоко. Что ты там потерял?
– Потерял, – очень жестко произнес Железнов. – Работаем!
Наум внимательно посмотрел на друга:
– Работаем.
Надел болтавшиеся на шее наушники, подтянул ко рту микрофон.
– Всем – внимание! Работаем!
– Цветной контроль на выходе «Пентагона»?
– Оранжевый – норма.
– Белый – норма.
– Алексей, подайте голос. Паша, текст – на монитор ведущего. Алексей, как?
– Не анекдоты, конечно… Да нормально все! Текст на мониторе.
– Паша, отсчет…
– Минута десять…
– Николай?
– Технологическое: все тесты – норма. Свет – норма. У многоканальщиков – тоже.
– «Пентагон»?
– Все в зоне выхода. Поддержка за пределом.
– Отсчет…
– Пятьдесят три секунды…
– Камеры, готовность пятьдесят секунд. – Наум внимательно оглядел мониторы, на которые заводился сигнал с камер. – Пятая, ведущего – крупнее, седьмая – дальше, зрительская аудитория – более общий план!
– Паша, отсчет…
