– Надо же… Выходит, Шершнев – мафиози?
– Выходит.
– Паша, я буду волноваться. Вдруг тебя возьмут на контроле?
– Будем надеяться, не возьмут. Внуково держат измайловцы. Они позаботятся, чтобы нас пропустили.
– Я просто не знаю… Это же совать голову льву в пасть…
– Ты права, это неприятно. Воняет.
– Паша, перестань… Хорошие шутки…
– Ладно. – Тронул ее за руку. – Садись в кресло. И запоминай.
– Хорошо. – Села в кресло. – Говори, что нужно запоминать.
– Прежде всего, ты все расскажешь Радичу. Что я вылетаю в Нью-Йорк. Что собираюсь пробыть там около двух недель. И объяснишь ему, что у меня не было другого выхода.
– Поняла. Я все объясню Радичу. Дальше?
– Завтра, в среду, ты соберешь мне кое-какую аппаратуру. И принесешь сюда. У тебя есть ручка и записная книжка?
– Есть. – Достала ручку и записную книжку.
– Записывай. В Нью-Йорке мне будет нужен радиодетектор. В моем кабинете, в столе, лежит радиодетектор, замаскированный под сотовый телефон. Возьмешь его. У Радича попросишь электронную отмычку. Он ею дорожит, но ничего, скажи, я очень просил дать мне эту отмычку, в Штатах она мне может понадобиться. У него же возьми набор обычных отмычек. А также направленный микрофон-звукоуловитель и штук десять мини-микрофонов-«жучков». Один радиотелефон. Фотоаппарат системы «Полароид». Ну и не забудь добавить ко всему этому пары три резиновых перчаток. Все.
– Записано. – Оля закрыла книжку. – И когда все это нужно тебе принести?
– Ты ведь сможешь прийти сюда завтра после работы?
– Конечно. Надо же нам увидеться перед твоим отлетом.
Без пяти девять в четверг Молчанов вышел из подъезда дома на Яузской набережной с сумкой через плечо. На нем были черная кожаная куртка, серые брюки и черные мокасины.
Он отлично понимал, что сегодня, проходя пограничный контроль, может вместо Нью-Йорка оказаться в Лефортове. Если ФСБ захочет, она задержит при посадке на самолет кого угодно, и никакая купленная на корню смена пограничников ей не помешает. Но понимал он также, что другого выхода у него нет.
Темно-серый БМВ остановился у подъезда. Он сел рядом с Пилоном, одетым по случаю вылета за границу в синий однобортный костюм и белую рубашку.
Развернувшись и проехав немного, Пилон остановился у тротуара в переулке. Заглушил мотор.
– Привет, Петруха. Как дела?
– Нормально. Мы не опаздываем?
– Нет, время есть. – Пилон достал загранпаспорт и авиабилет. – Твои корочки. Посмотри, все ли в порядке.
Изучив паспорт, Молчанов убедился: документ неотличим от подлинного. Все, от его фотографии в парике и усах до визы, не могло вызвать никаких сомнений у самого опытного проверяющего.
– Как? – спросил Пилон. – Ништяк?
– Ништяк. Придраться не к чему.
– Побрякушки, о которых ты говорил, в твоей сумке?
– Да, в сумке.
– Шпалера там нет?
– Нет.
– Молоток. – Пилон дал газу. Развернув машину в сторону Садового кольца, спросил: – А что в карманах?
– В карманах лежит зелень.
– Зелень… Ладно. Карманы они трогать не будут. Думаю, что и сумку проверят только для блезира. Смена куплена, с гарантией. Пройдем чисто.
Некоторое время они ехали молча. После того как окружная дорога осталась позади, Пилон прибавил скорости. Перейдя на левую полосу, спросил:
– Ты вообще как, Нью-Йорк знаешь?
– Знаю.
– Не заблудимся?
– Нет. Нью-Йорк я знаю почти как Москву.
– Жил там?
– Я ж тебе говорил, я еще пацаном приезжал туда почти каждую неделю. Все там исходил.
– Брайтон знаешь?
– Знаю, конечно.
– Ну-ка… – Пилон достал из кармана сложенную вчетверо бумажку. Развернув, посмотрел мельком и протянул ему. – Глянь. Здесь мы приткнемся, как сойдем с самолета.
Молчанов взял бумажку, на которой было написано: «Брайтон-Бич-авеню, 3152, 6-я Брайтонская улица, дом 8, квартира 2С».
– Знаешь это место? – спросил Пилон.
– Знаю. Шестой Брайтон, дом номер 3152, насколько я помню, в самом конце улицы, значит, выходит к океану.
– Близко там океан?
– Близко. Сразу за домами начинается пляж.
– Гужуемся. Леха Брик сказал, хата эта будет целиком наша. Он знает, что нас будет двое.
– Леха Брик?
– Да, Брикман Леха, мы с ним ломали пятерку в Вятке[4]. Он на Брайтоне бугор. Леха нас встретит в Нью-Йорке и доставит до места.
Больше до самого аэропорта они не сказали ни слова.
Во Внукове Пилон поставил БМВ у въезда на платную стоянку. Минуты через три к машине подошел плотный парень лет двадцати пяти, в серой вязаной шапочке, джинсах и светлом плаще. Пригнувшись, посмотрел на Пилона. Тот спросил:
– Что там?
– Все ажур, Всеволод Дмитрич. Можно проходить на посадку.
– Тачку отгонишь?
– Тачку сейчас возьмут ребята. Где ваши вещи?
– В багажнике. Сумка.
– Понял.
Подождав, пока Пилон выйдет и откроет багажник, парень взял оттуда увесистую сумку. Пилон поймал его взгляд в сторону Молчанова, который уже стоял у машины с сумкой на плече. Сказал, закрыв крышку багажника:
– Человек со мной.
– Понял, Всеволод Дмитрич. Идемте, я вас провожу. Проконтролирую на всякий случай.
