Гарлон заключил меня в медвежьи объятия, а Кара робко поцеловала в щеку, привстав на цыпочки. Я смотрел на них и не верил своим глазам.
– У тебя хобби воскресать из мертвых? – сказал я Гарлону. – И я просто счастлив, что в этот раз все по-настоящему.
– О чем это ты? – нахмурился он.
– Потом объясню. Я отказываюсь говорить о чем-либо, пока вы не расскажете мне, как такое возможно.
– Почему бы нам не отправиться в мой лагерь? – предложил Рейвенор.
Он повел нас по дорожке мимо пунцев, чьи мясистые оранжевые листья смыкались над нами, придавали свету золотистый оттенок. Блестящие крылатые ящерицы порхали с ветки на ветку, а полупрозрачные насекомые, размерами с ладонь человека, висели во влажном воздухе, словно «парашютики» каких-то растений.
Гравикресло Рейвенора с шипением парило в нескольких сантиметрах над землей. Его поддерживали сферические поля, производимые медленно вращающимся антигравитационным обручем.
Мы спустились с холма и оказались на берегу озера, заполненного желтой жижей. Громадные папоротники, тростник и волокнистые корни тропических деревьев образовывали островки хэммоков[14], перемежавшиеся скоплениями одутловатых сиреневых или оранжевых зутай с гигантскими листьями.
Над вязкой на вид водой повисли антигравитационные дорожки, опиравшиеся на несколько хэммоков.
Лагерь Рейвенора был разбит на дюросплавном плоту площадью в двадцать квадратных метров. Он поддерживался зафиксированными на одной высоте, вращающимися репульсорными подъемниками. Сначала я подумал, что на плоту установлена огромная палатка, но по характерному мерцанию понял, что состоит она из перекрывающих друг друга непроницаемых силовых полей.
Отодвинув мембрану поля, образующую дверь, мы вошли внутрь. В оснащенной климат-контролем палатке было прохладно. Помещение освещалось шестью напольными светящимися шарами. Рядом с ними стояли походная разборная мебель и металлические контейнеры с каким-то оборудованием. Экраны, ведущие в соседние помещения, были затемнены. Седой мужчина в льняном балахоне трудился за маленьким столом, изучая что-то на переносном кодифере.
Пока Кара распаковывала еще три раскладных стула, Гарлон принес бутылки с охлажденной фруктовой водой и несколько герметичных пакетов с закуской. В это время из соседней комнаты появилась молодая женщина и стала тихо совещаться о чем-то с мужчиной за кодифером.
– А вы здесь заняты, как я погляжу? – произнес я.
– Да,– сказал Рейвенор.– Представляю, как это выглядит.
Я не понял, о чем он говорит, но переспрашивать не стал. Меня занимали совсем иные вещи.
Гарлон продавил большим пальцем крышку, протянул мне бутылку и уселся на складной стул.
– И все-таки, несмотря ни на что, мы еще живы. – Он звякнул бутылкой о мою, а Кара отсалютовала своей.
– Итак? – произнес я.
– Группа крепкозадых выродков подпалила Дамочек. А с ними и целый шпиль. Многих поубивали,– начал Гарлон. Он пытался излагать только факты, но в его голосе звучала еле сдерживаемая ярость.
– А вы?
– Нас спасла мадам Биквин, – ответила Кара.
– Что?!
– Когда мы доставили ее на Мессину, с ней все было в порядке, состояние стабилизировалось, – продолжала Кара. – Оказавшись на месте, мы с комфортом устроили ее в медицинском отсеке резиденции Дамочек. Меня там поставили на ноги примерно за неделю. А потом состояние мадам Биквин неожиданно ухудшилось.
– У нее начались припадки, – прорычал Гарлон. – Нечто действительно поганое, под названием…
– Церебрально-васкулярная ишемия,– тихо произнес Рейвенор.
– Наши медики оказались бессильны. Поэтому мы поспешили переправить ее в Главный Муниципальный Госпиталь Сандус Седар. Ей предстояла серьезная операция, – произнесла Кара. – Мы знали, что тебе не понравится, если мы оставим ее в одиночестве, так что мы решили по очереди дежурить у ее кровати. Я сменила Нейла и той же ночью узнала, что на штаб-квартиру Дамочек было совершено нападение.
– А я как раз взял воздушное такси и уже был на пути к шпилю одиннадцать, – закончил Гарлон.
– Значит, в ту злополучную ночь вас там не оказалось?
– Нет.
– То есть вы двое… и Елизавета… единственные, кто выжил?
– Повезло нам, верно? – мрачно усмехнулся Гарлон.
– Где она? – спросил я. – И как себя чувствует?
– В сознание она так и не приходила. Подключена к системе жизнеобеспечения в лазарете на моем судне, – ответил Рейвенор. – За ней ухаживает мой личный врач.
Я был знаком с доктором Антрибасом, медиком Гидеона. Биквин не могла оказаться в более надежных и опытных руках.
Я снова посмотрел на Гарлона и Кару. Можно было с уверенностью сказать, что бывший охотник за головами с Локи наслаждается, смакуя подробности. Вероятно, он репетировал свою речь в течение многих недель.
– Хорошо, продолжай.
