Напряженные солдаты из Пятидесятого Гудрунского стрелкового полка конвоировали через двор персонал Дома Гло. Заключенные держали руки сложенными на затылке, многие плакали.
Тень скользнула по холодным каменным плитам, и человек сел рядом со мной, прислонившись спиной к грязным гусеницам транспортера.
– Долгая выдалась ночь, – произнес Мидас.
Я протянул ему графин, и он основательно к нему приложился.
– Где Эмос? И девушка?
– В последний раз, когда я видел ученого, тот шнырял повсюду и делал записи. А Елизавету не видел с тех пор, как мы вытащили их из ямы.
Я кивнул.
– Ты почти мертв, Грегор. Давай я вызову челнок и мы доставим тебя в Дорсай.
– Мы еще не закончили здесь свои дела, – ответил я.
Нам отсалютовал подошедший прокуратор Мадортин. Больше на нем не было накрахмаленной белоснежной униформы. Теперь он был одет в угольно-черную броню войск безопасности, в которой выглядел несколько крупнее и внушительнее.
– Мы осмотрели тела, – произнес он.
– Оберон Гло?
– Ни следа.
– Горгон Лок? Священник Даззо?
Он покачал головой.
Со вздохом я протянул ему графин. К моему удивлению, прокуратор взял его, сел рядом с нами и сделал хороший глоток.
– Возможно, они сгорели на шлюпках, пытавшихся ускользнуть, – сказал он. – Но вот что я вам скажу. Еще до того как спалить два челнока, вылетевших в сторону долины, на «Обороне Сталинваста» были уверены, что на них нет признаков жизни.
– Приманки, – сказал Бетанкор.
– Готов поставить все свои деньги, что главианец прав, – произнес Мадортин и пожал плечами. – Хотя, конечно, хороший маскировочный доспех может поглощать сигнал. Нам никогда не узнать.
– Мы узнаем, Мадортин, – пообещал я.
Он еще раз глотнул из графина, вернул его мне и поднялся, отряхивая свой доспех.
– Я рад, что военно-космическая служба безопасности смогла послужить вам, инквизитор Эйзенхорн. Надеюсь, что нам удалось восстановить вашу веру в Военный флот.
Я поднял на него взгляд и вяло кивнул:
– Я удивлен, что вы лично прибыли следить за ходом действий, прокуратор.
– Шутите? Да после происшествия на «Иссине» мне бы адмирал голову снял, если бы с вами что случилось!
Мадортин ушел. Мне он нравился. Честный человек, старающийся наилучшим образом исполнять свои обязанности в гуще противоречивых политических интересов. А в более поздние годы мне было суждено оценить честность и осмотрительность Ольма Мадортина гораздо выше.
Согбенная фигура пересекла поле и нависла надо мной.
– Так чьи методы оказались мудрее? – с усмешкой спросил Коммодус Вок.
– Ты мне скажи, – ответил я, поднимаясь.
Вок привел с собой свиту численностью почти в пятьдесят человек, поголовно облаченных в черные одеяния. У многих имелись аугметические имплантаты. Они просканировали все поместье и собрали мельчайшие клочки, могущие стать уликами. Потребовался целый караван транспортов, чтобы вывезти все ящики, полные документов, книг, планшетов и прочего.
Я не стал вмешиваться. Мое желание действовать размывали боль и усталость. Я был даже рад, что Воку с его многочисленной свитой досталось удовольствие выполнить мучительно кропотливую работу по обработке полученной информации.
– Большая часть улик стерта, разбита или сожжена, – отрапортовал Воку суроволицый архивист по имени Клизис. – Из сохранившегося многое зашифровано.
Мы спустились в подвалы, и я провел Вока в помещение, доступ к которому перекрывал силовой экран. На полу все еще оставалась кровь Ковица, но предмет, лежавший тогда на алтарной плите, исчез.
– Он говорил о нем как о Понтиусе, – сказал я.
В помещении больше не ощущалось ментального присутствия, и логика подсказала мне, что псионическое влияние оказывал сам Понтиус. И срубившая меня ментальная атака также исходила от него.
Я прислонился к стене помещения и принялся терпеливо излагать Воку ключевые пункты того, что удалось узнать.
– Миссия Эйклона на Спеси, куда был вовлечен и Понтиус, явно была важна для них, но Оберон Гло доверительно рассказал мне, что операцию отменили, потому что в игру вошло нечто куда более важное. Они называли это «истинной причиной».
– Это могло бы объяснить, почему они решили бросить Эйклона, – размышлял он вслух. – После всех своих приготовлений Гло оказались не в состоянии доставить Понтиуса, как обещали.
– Похоже на то. Даззо и кораблевладелец Лок, судя по всему, были глубоко вовлечены в суть этой «истинной причины». Нам надо узнать про них побольше. Уверен, что их работа касалась некоторого археоксенического материала. Они упомянули «сарути».
– Разновидность ксеносов, населяющих соседний субсектор, – произнес архивист Вока. – Про них мало что известно, и контакт с ними запрещен. Инквизиция начинала расследование по ним, но, поскольку космос в их регионе мало изучен, а сами они не стремятся к контакту, расследование было отложено.
– Но капер вроде Лока мог установить с ними связь?
Клизис и Вок дружно кивнули.
– Необходимо возобновить расследование, – сказал Вок. – Ордо Ксенос начнет изучать сарути. Но пока что дело можно считать закрытым.
– Это с какой стати? – спросил я ошарашено.
Вок уставился на меня своими глазами-бусинками:
