Орехи полностью

— Ой, только посмотри на себя, — я ухмыльнулась, наблюдая, как он ещё больше выпятил грудь. А почему бы и нет? Казалось, что он занимался именно тем, что и было ему предначертано.

Гребешки следовало жарить на другой стороне лишь мгновение, поэтому я сняла их с огня.

— Отойди-ка немного, — предупредила я, а потом плеснула столовую ложку бренди на сковороду, которую немного наклонила. Огненное пламя вспыхнуло и неистово заплясало, а затем быстро погасло. Было ли это игрой на публику? Да, может быть, совсем чуть-чуть. Мне было приятно готовить для того, с кем я … собиралась познакомиться поближе.

Я предоставила возможность бренди слегка дегласировать сковороду, затем добавила кусочек масла для блеска, и выложила на сковородку бекон. Помешав немного, я закончила с соусом и полила им гребешки, выложенные в ряд на тарелке, и посыпала все это сверху нарезанным свежим зеленым луком.

— Ну, теперь я готова съесть этот довольный бекон, эти счастливейшие гребешки, и свеклу, которая в восторге, что почтила нас своим присутствием.

— Выглядит потрясающе. Спасибо большое, что приготовила все это. Я бы отплатил тебе тем же, но если скажу, что я дилетант по части готовки, то это будет, мягко говоря, преуменьшением века.

— Ты поможешь мне с огородом матери, а я научу тебя нескольким основным рецептам. Как тебе? — слова слетели с языка, прежде чем я успела их обдумать. Я не учу парней готовить. Обычно я так не поступаю. Но ведь от этого никому хуже не станет, ведь так?

Он поставил тарелки на стол, потом перевел взгляд на меня, в его глазах плясали искорки веселья.

— Этим летом предстоит море работы.

٭٭٭

Свекла была хороша. Гребешки — прекрасны. Вино — фантастическим. А фермер — сладким. Мы кушали и болтали. Лео хвалил всё, чему посчастливилось попасть в его восхитительный рот. Никогда в жизни я не ревновала кого-то к листьям эндвиля. Но между моими фантазиями о том, как Лео поглощает меня, мне всё же удалось узнать о нём немного нового. Я говорю немного, потому как он не очень охотно о себе рассказывал.

Спросите его о севообороте, и тут его уже будет не остановить. Спросите о направлении слоуфуд, и поймаете себя на мысли, что вы находитесь на лекции, посвящённой этой теме. Но, если спросите о родителях, или о том, почему он решил жить и работать здесь, а не в банковской сфере, или как часто он видится с носителями его же фамилии, он сразу же замыкается в себе. Боже, спасибо за Чеда, Логана, и сплетницу-официантку Максин.

— Но ты ведь вырос не здесь, я бы это запомнила, — сказала я, и откинулась на спинку стула. Лео в это время налил мне ещё вина. Я не окасела от вина, но края комнаты стали чуууть более размытыми.

— Почему это, ты бы это запомнила?

— Ты издеваешься? Когда в большой дом приезжали хозяева, люди тут же узнавали об этом. Это как с королевой: когда флаг поднят, она дома.

— Максвеллы. Вот какое люди имеют представление о нас. Просто носители фамилии, — вздохнув, произнёс он. Когда Лео сделал глоток вина, его взгляд казался усталым.

— Ну, признай, это свойственно обществу, — я пригладила кружево на скатерти. — Мне всегда было интересно, связывает ли вас что-то с кофейной продукцией Maxwell House.

— Практически ничего. Мы просто банкиры. Ну, то есть они банкиры. Я больше не занимаюсь семейным бизнесом, — ответил Лео, разглядывая мои пальцы на столе. — А ты ведь родилась и выросла здесь. Почему уехала? — он так поспешно сменил тему разговора, что я покачала головой. — Не иначе как, тебе хотелось огней поярче, да город побольше.

— Эм, ага. Родилась здесь, выросла здесь. Бейли Фоллс у меня уже в печёнках сидел. Я уехала сразу после выпускного, мне хотелось нового опыта. Я знала, что меня ждёт, если останусь здесь.

— И что бы произошло, по твоему мнению?

— У меня это на роду написано: я унаследую закусочную и буду управлять ей до конца жизни. А мне бы хотелось для начла просто пожить и узнать, что такое жизнь.

— Ты не хочешь управлять закусочной?

— Ты хоть представляешь, что это такое, свернуть с тропы, протоптанной поколениями твоих родственников? — Задав этот вопрос, я снова ощутила на плечах старый груз ответственности, который мне приходилось тянуть на себе, заботясь обо всём, включая мою мать.

Лео скривился.

— Да. Есть на Манхеттене банк размером с городской квартал и моей фамилией на крыше.

В комнате воцарилось молчание, нарушаемое лишь звуком капель, падающих из крана. Конечно же, он прекрасно меня понимал. У него тоже было что рассказать, но он молчал, а я не стала на него давить.

Я пригубила вино, а потом осушила весь бокал.

— Так что да, я поступила в кулинарную школу и уехала в Калифорнию.

Лео, похоже, обрадовался, когда я снова заговорила о себе.

— Несмотря на то, что Кулинарный институт Америки находится прямо через дорогу?

— Кулинарный институт Америки — потрясающая школа… Одна из лучших. Но он здесь, а я хотела быть там.

— Именно в Калифорнии?