Я готов уничтожить красного муравья, белого, черного, желтого!
Я готов уничтожить колючий красный куст цаха, белого, черного, желтого!
Покрывало ложа зеленого деревянного человека, зеленого каменного человека!
Из него я удаляю красного сверлящего муравья, белого, черного, желтого!
Это уходит в сверлящую змею, в мою ядовитую змею!
Из него я удаляю красную жгучую крапиву, белую, черную, желтую над зеленым деревянным человеком, над зеленым каменным человеком![7]
Из него я удаляю красную траву
Вот прошло краткое время, что теперь?
Я переменил покрывало твоего ложа! Что же является теперь новым покрывалом твоего ложа? Его покрывало — это хвостовые перья зеленого кецаля, его покрывало — это хвостовые перья попугая. У него[8] десять покрывал! О! Девять у него покрывал, тринадцать (у него) покрывал! (Его покрывала) — хвостовые перья иволги, хвостовые перья зеленого кецаля, которые я кладу здесь на ложе деревянного человека, каменного человека!{41}
Весьма многочисленны пророчества, составляющие основное ядро в книгах «Чилам-Балам (книга пророка Балама)». Они подразделяются на прорицания о катунах (двадцатилетний период) и тунах (год); имелись также предсказания по дням (важные для новорожденных, по ним определялась будущая судьба). Учитывая символику повторяемости катунов, можно легко представить себе те футурологические возможности, которые эта повторяемость предоставляла жрецам-предсказателям. Зная события во время предшествующих одноименных катунов и учитывая их символику, они предрекали будущее. Подобным же образом создавались пророчества и о тунах.
Часто встречающиеся в пророчествах указания на пришествие испанцев, очевидно, представляют собой переработку более древних текстов, относившихся ко времени тольтекского завоевания. Приведем начало одного из таких пророчеств:
Пророчество прорицателя Балама,
Певца из Кабаль-Чен в Мани.
(В день) тринадцатого владыки закончится двадцатилетие.
Это время придет для людей ица,
Это время придет для пригородов, о отцы!
Знак небесного единого бога,
Появится Вахом-Че,
Покажется живущим,
Осветится мир, о отцы!
Начнутся распри,
Появится зависть,
Когда придут несущие знак
Жрецы, о отцы!
Они уже в одном переходе от вас
…………………………………………
Идут наши господа, о люди ица!
Идут наши старшие братья, люди Тантун!
Принимайте ваших гостей, бородатых людей восточных стран,
Несущих знак бога, о отцы!{42}
Как видно из этого отрывка, текст построен по принципам, уже знакомым нам по предыдущим примерам; примечательны ритмичность (которую невозможно передать достаточно точно на русском языке) и параллелизм построения фраз. Однако большая загруженность мифологическими образами затрудняет его понимание. Возможно, что определенная туманность изречений является здесь сознательным приемом — создает многозначность предсказания, т. е. расширяет возможности его применения. Подобные свойства пророческих текстов хорошо известны хотя бы по изречениям Дельфийского оракула.
