И тогда Кецалькоатль отправился в Миктлан,
Он приблизился к Миктлантекутли и Миктлансиуатль
И сразу же сказал им:
«Я пришел. Ты хранишь драгоценные кости,
Я пришел, чтобы взять их!».
И сказал ему Миктлантекутли:
«Что ты хочешь делать с ними, Кецалькоатль?».
И этот снова сказал ему: «Боги озабочены —
Кто же будет жить на земле?».
И Миктлантекутли сказал: «Хорошо!
Протруби в мою трубу из раковины
И четырежды обойди вокруг с ними мой нефритовый трон».
Но труба не имела отверстий,
И поэтому он (Кецалькоатль) призвал червей.
Они сразу же просверлили много отверстий,
И в нее вошли шмели и пчелы.
Они заставили трубу звучать.
И тогда снова сказал Миктлантекутли:
«Ну, хорошо, бери кости!».
А своим подданным, мертвецам, сказал:
«О боги, скажите ему, чтобы он не брал костей!».
А Кецалькоатль ответил:
«Нет, я возьму навсегда!».
А своему двойнику{50} он шепнул:
«Иди и скажи:,Я не буду брать их!».
И его науалли воскликнул громким голосом:
«Я не буду брать их!».
А сам Кецалькоатль, благодаря этому,
Пошел и собрал драгоценные кости.
Кости мужчин лежали в одном месте,
А кости женщин — в другом.
Он собрал их, сделал связку из них
И понес с собою.
И снова сказал Миктлантекутли
Своим подданным: «О боги,
Он поистине уносит драгоценные кости!
Отправьтесь и выройте ему глубокую яму».
И они пошли и сделали яму.
И Кецалькоатль упал в яму,
Он ушибся о землю,
Его испугала перепелка,
Он упал, как падает мертвый.
А с ним упали и рассыпались драгоценные кости,
Их клевали и грызли перепелки.
Скоро Кецалькоатль очнулся,
Он оплакал происшедшее
И сказал своему науалли:
«Двойник мой, что теперь я буду делать?».
А тот ответил: «Что будет?
Могло бы быть лучшег до пусть будет как есть!».
Кецалькоатль собрал кости,
Сложил их вместе, снова связал их
И принес в Тамоанчан[9].
Когда он прибыл в Тамоанчан,
Богиня по имени Киластли[10],
Ее называли и Сиуакоатль,
Смолола кости и сложила их
В драгоценный сосуд.
Кецалькоатль пролил на них кровь
Из своего мужского члена,
А за ним совершили такой же обряд
Боги Апантекутли и Уиктолинки,
Тепанкиски, Тлалламанак и Цонтемок
И шестой — Кецалькоатль —
Все совершили обряд покаяния.
И они возгласили:
«О боги, масеуали[11] рождены!»
В этой мифологеме, имеющей в основе семантику катабасиса — «спуска божества в преисподнюю», так широко распространенного почти у всех народов земного шара, воплощена уже определенная социальная идея: бог совершает подвиг и жертвует своей кровью для создания человечества. Отсюда закономерны и заключительные строки этого отрывка: «И поэтому мы, смертные, обязаны нашей жизнью богам, ибо они ради нас совершили жертву»{51}. Интересно отметить, что в памятниках изобразительного искусства классического периода существуют и другие версии схождения Кецалькоатля в подземное царство.
