— Ты что, хочешь меня так рано похоронить? — Девлин повернул ее к дому. — Пойди и поставь на плиту чайник, и если будешь хорошей девочкой, я позволю тебе приготовить мне обед или что-нибудь вроде этого.
Молли посмотрела на него через плечо, улыбнулась, сразу став очаровательной, и побежала к дому. Девлин снова взял сигарету в рот, но не зажег ее. Далеко на горизонте раздался раскат грома, опять возвещая о дожде. Еще одна поездка под дождем. Он вздохнул и пошел за Молли.
В мастерской гаража Фоггарти было еще холоднее, чем накануне, несмотря на попытки Сэмми Джонсона согреть помещение с помощью старой бочки от бензина, в которой он просверлил отверстия и развел огонь. От бочки поднимались резкие пары.
Бен Гарвальд, стоявший рядом с бочкой, держал в одной руке полбутылки бренди, а в другой — пластмассовый стаканчик.
— Что, черт побери, ты пытаешься сделать? — спросил он и поспешил отойти. — Отравить меня?
Джексон, который сидел на ящике по другую сторону бочки, держа на коленях двустволку с обрезанным дулом, положил ее и встал.
— Простите, мистер Гарвальд. Это кокс — вся беда в нем, он сильно отсырел.
Рубен, смотревший в глазок, вдруг воскликнул:
— Эй, думаю, это он.
— Убери эту штуку, — быстро сказал Гарвальд, — и помни, ты ничего не должен делать, пока я не скажу. — Он налил еще бренди в стаканчик и ухмыльнулся: — Я хочу получить удовольствие, Сэмми, мальчик. Смотри, не испорть.
Сэмми положил ружье под мешок около себя на ящике и торопливо закурил. Все ждали: звук приближающегося мотора стал громче, но потом, затихая, он умер в ночи.
— Господи, — с отвращением произнес Гарвальд, — это был не он. Который час?
Рубен посмотрел на часы:
— Точно девять. Он должен быть с минуты на минуту.
Если бы они знали, что Девлин был уже здесь и стоял под дождем у заднего окна, которое было небрежно забито досками! Обзор его сквозь щель был ограничен, но во всяком случае он видел Гарвальда и Джексона у огня. И уж, конечно, слышал все, что говорилось за последние пять минут.
Гарвальд сказал:
— Эй, можешь, пока мы ждем, сделать что-нибудь полезное, Сэмми. Подлей в «джип» пару вон тех канистр, чтобы быть готовым к поездке обратно в Брам.
Девлин пересек двор, осторожно продвигаясь среди обломков машин, вышел на дорогу и побежал к укрытию, находящемуся примерно в четверти мили от сарая. Там он оставил мотоцикл.
Расстегнув плащ, Девлин вытащил маузер и проверил его при свете фары. Затем сунул его обратно, оставил плащ незастегнутым и сел в седло. Он не боялся ничуть. Немного был взволнован, это да, но лишь настолько, чтобы раздразниться. Он нажал стартер и выехал на дорогу.
В мастерской Джексон только кончил заливать бак «джипа», как Рубен, наблюдавший в глазок, снова заволновался:
— Он. Точно на этот раз. Только что свернул во двор.
— Ладно, открой дверь и впусти его, — сказал Гарвальд.
Ветер был такой силы, что, когда Девлин въехал в сарай, от сквозняка кокс затрещал, как дрова. Девлин выключил мотор и поставил мотоцикл. Лицо его еще сильнее, чем накануне, было облеплено грязью, но он весело улыбался.
— Привет, мистер Гарвальд.
— А, вот и ты, — Гарвальд протянул, ему полбутылки. — У тебя такой вид, что глоток тебе не помешает.
— Вы не забыли про ирландское виски?
— Конечно нет. Рубен, достань из фургона две бутылки ирландского для мистера Мерфи.
Девлин быстро отхлебнул виски. Гарвальд взял из рук Рубена бутылки и, обращаясь к Девлину, сказал:
— Вот, парень, как я обещал. — Он подошел к «джипу» и положил бутылки на пассажирское место. — Значит, все прошло нормально вчера вечером?
— Без проблем, — ответил Девлин и стал осматривать «джип».
Как и грузовик, «джип» требовал покраски, а в остальном все было нормально. У него был полосатый брезентовый верх, открытые бока и возвышение для пулемета. Краска на номере была свежей, и Девлин, внимательнее приглядевшись, увидел следы другого номера.
— Вот это дело, мистер Гарвальд, — сказал он, — какая-нибудь авиабаза янки не начнет его искать?
— Эй, послушай, ты, — сердито начал Рубен.
Девлин прервал его:
— Да, кстати, мистер Гарвальд, вчера был момент, когда мне показалось, что кто-то следует за мной. Думаю, это нервы. Но ничего не вышло.
Он встал спиной к «джипу» и еще раз быстро отхлебнул из бутылки. Злость Гарвальда, сдерживаемая с большим трудом, вырвалась наружу:
— Знаешь, что тебе нужно?
— Что, например? — тихо спросил Девлин, все еще держа в левой руке бутылку, а правой сжимая лацкан плаща.
— Урок хороших манер, миленький, — процедил Гарвальд, — тебе надо, чтобы тебя поставили на место, и я как раз тот человек, который этим займется. — Он покачал головой: — Тебе бы оставаться дома на болоте.
Гарвальд начал расстегивать пальто. Девлин воскликнул:
— Ах так? Но прежде чем вы начнете, я хотел бы спросить у мальчика Сэмми, взведен ли курок ружья, которое у него под мешком, или нет? Если нет, то ему будет плохо.
В этот миг Бен Гарвальд вдруг совершенно ясно понял, что сделал большую ошибку.
— Бери его, Сэмми! — крикнул он.
