Хоган посмотрел на окна комнаты Шарпа. Он доверил бы другу свою жизнь, доверил бы вопреки всем опасностям – но женщина? Здесь он безоружен; одна девушка сумеет сделать то, на что не может рассчитывать целый батальон французов. Хоган шел по опустевшему двору, снова и снова повторяя одну и ту же строку, словно надеясь, что, произнесенная стократно, она потеряет смысл.
– «Красота действует на дураков сильнее золота».
– Дежурный офицер?
Шарп кивнул.
– Заходите.
Толстенький лейтенант из штаба весело ухмыльнулся и закрыл за собой дверь.
– Добрый день, сэр. Мне нужна ваша подпись.
– А зачем?
Лейтенант сделал вид, что удивлен, а потом посмотрел на листок, который протягивал Шарпу.
– Третий резервный батальон, верно? – Шарп кивнул. – Ваш паек, сэр. – И снова показал на листок бумаги. – Так вы подпишете, сэр?
– Подождите. – Шарп бросил взгляд на записи. – Семьсот пятьдесят фунтов говядины? Это же просто отлично, не так ли?
Лейтенант нацепил на лицо профессиональную улыбку:
– Боюсь, это паек не только на сегодня, сэр, а сразу на три следующие дня.
– Что? На три дня? Половина того, что должно быть?
– Знаю, сэр, знаю, но больше мы вам дать не можем. – Лейтенант развел руки в стороны. – Вы подпишете?
– Где? – Шарп взял со стола шляпу и оружие.
– Послушайте, неужели вы хотите… – Лейтенант тяжело вздохнул.
– Где?
Голос Шарпа заполнил крошечную комнатку. Лейтенант улыбнулся, открыл дверь и поманил Шарпа во двор, где возле нагруженных мулов стояли солдаты. Потом снял крышку с одного из бочонков с мясом.
– Сэр?
Шарп взял лежавший сверху кусок и помахал им перед носом толстого интенданта:
– Если приделать сюда шнурки, можно спокойно использовать на марше.
Лейтенант улыбнулся, он уже много раз все это слышал.
Шарп достал из бочонка кость.
– Это же нельзя есть! Сколько бочонков?
– Все. – Лейтенант махнул рукой в сторону мулов.
Шарп выглянул на залитую солнцем улицу. Еще один мул покорно стоял у ворот.
– А это что?
– Мул, сэр. – Лейтенант радостно заулыбался, но, увидев лицо Шарпа, мгновенно стал серьезным и сказал: – Извините, сэр. Я пошутил. Это для замка, сэр. Для сэра Артура. Вы же понимаете?
– Понимаю? – Шарп прошел под аркой ворот к мулу, и лейтенант поспешил за ним, одновременно размахивая руками, показывая погонщику, чтобы отошел в сторону. – Знаете, я совершенно случайно видел, как сегодня утром в замок доставили продовольствие. И все было в порядке.
Лейтенант беспомощно улыбнулся. Шарп лгал, и обоим это было хорошо известно. Однако лейтенант тоже лгал – и обоим это было тоже известно. Шарп снял крышку с ближайшего бочонка.
– А вот, лейтенант, и настоящее мясо. Я возьму оба эти бочонка вместо тех двух.
– Но, сэр! Это для…
– Ваш обед, лейтенант? А то, что останется, вы с дружками продадите. Верно? Я это забираю.
Лейтенант снова накрыл бочонок крышкой.
– Хотите я отдам вам цыпленка, которого мы нашли совершенно случайно, капитан? В подарок, естественно.
– Я должен подписать ваши бумаги, лейтенант? – Шарп положил руку на спину мула. – Пожалуй, нужно сначала взвесить мясо.
Лейтенант потерпел поражение. Он заулыбался и протянул Шарпу бумаги:
– Ну зачем же, сэр. Давайте договоримся так: вы забираете все ваши бочонки, а к ним и эти два.
Шарп кивнул. На сегодня торговля закончена.
Его солдаты сняли поклажу с мулов и отнесли мясо на окраину Оропезо, где был расквартирован батальон. И без того тяжелая ситуация с продовольствием становилась все хуже. Испанская армия, стоявшая в Оропезо, уже давно съела все, что можно было найти в окрестностях. Узкие улицы городка были запружены войсками – испанцы, британцы и немцы из легиона; между союзниками уже начали возникать столкновения. Британские и немецкие патрули устраивали засады на испанские продовольственные отряды, даже убивали охрану, чтобы заполучить продукты, которые Куэста обещал доставить Уэлсли, но так и не выполнил своих обязательств.
Надежды британской армии добраться до Мадрида к середине августа развеялись, когда солдаты увидели дожидающиеся их испанские войска. Батальон де ла Санта Мария тоже находился в Оропезо и маршировал под двумя огромными новыми знаменами. По всей видимости, у генерала Куэсты имелся неограниченный запас знамен, чтобы заменять те, что попадают в Париж в качестве военных трофеев.
Спускаясь по крутой улице, Шарп наблюдал за двумя офицерами, длинные сабли которых были засунуты прямо под мышки – так носили оружие в испанской армии, – и ничто, начиная от великолепной формы и кончая тонкими сигарами, не внушало стрелку уверенности в надежности союзников.
