Люди вышли за пределы Солнечной системы, но их там никто не ждал. Лишь один звёздный народ – альтаирцы – с радостью распахнул для землян горячие объятья. И даже предложил возможность любому землянину превратиться в альтаирца, чтобы те смогли обрести новые способности и влиться в дружное космическое сообщество. Для многих предложение оказалось заманчивым. Но один землянин умудрился сделать невозможное. Он смог вернуться с Альтаира на Землю, вновь обретя человеческую форму, попутно открыв несколько тёмных тайн звёздной расы. И его обратная трансформация не осталась незамеченной для многих могущественных персон. На странного одиночку начинается охота сразу нескольких сторон, но кто же первым доберётся до непутёвого скитальца?..
– Здравствуйте, – приятного вида девушка подняла взгляд на высунувшегося из коридора мужчину.
– Здрасьти, – громко поздоровался тот. – Можно?
– Конечно. Проходите, присаживайтесь.
Кабинет был небольшой, но отчего-то неуютный. Наверное, из-за стеклянной стены, за которой сновали сотрудники центра Ухода. Все в опрятных костюмах, дорогих пиджаках. Гость в своём стареньком пальто и допотопной шапке-ушанке чувствовал себя немного неловко. Так, во всяком случае, показалось хозяйке кабинета.
– Вы пришли на Уход? – привычно бросила девушка, перелистывая электронный блокнотик. Гость прищурился, разглядывая прилепленный к её блузке бейджик. Ага, Оксана, значит.
– Да-да, Оксаночка, – тепло улыбнулся мужчина. – Хотя мне кажется, что выражение «прийти на Уход» в корне неверно, так как отражает двойное выполнение одного и того же действия. Но это не важно! – он эксцентрично махнул рукой.
Оксана скрыла своё удивление за выжидательно оценивающим взглядом.
– Как вас зовут? – наконец, перешла она к делу, повернувшись к монитору компьютера.
– Василий Александрович Трубачёв. Я вам вчера звонил.
– Я помню. Василий Трубачёв, – Оксана усмехнулась, – прямо как в книжке.
– Какой книжке? – не понял гость.
– «Васёк Трубачёв и его товарищи». Валентины Осеевой.
– Как-как? Интим на севере? – переспросил Василий.
– Валентины Осеевой, – громче повторила Оксана, начиная потихоньку злиться на странного посетителя. Впрочем, посетители тут бывали разные, и чего только она от них не наслушалась. Уходят с Земли обычно не от хорошей жизни.
– Шапка мешает, – виновато сказал Василий, сняв, наконец, ушанку и наспех убрав прилипшие ко лбу волосы. – Да и глуховат я слегка, так что извините, если иногда буду переспрашивать. – Он дружелюбно улыбнулся, и девушка немного успокоилась.
– Итак, Василий Александрович, вы пришли на Уход. Вы осознаёте последствия этого шага? Знаете о том, что процедура необратима?
– Да-да.
– Почему вы решились на Уход?
Гость немного поёрзал на стуле, повертел в руках шапку, покусал нижнюю губу.
– Да как вам сказать. С одной стороны, любопытство. Всё-таки, интересно. Космос, вселенная, новые возможности. – Он шумно выдохнул. – С другой стороны осточертело мне тут всё. Работа, дом. Война, пустота и обыденность. Какое-то беспросветное всё кругом. Смотрю и думаю – пора валить. Не нравится мне совершенно, куда мы катимся. Все эти технологичные штучки-дрючки, всякая неживая дребедень. На уме у всех либо деньги, либо карьера. Либо Уход. У меня в подъезде осталось всего две жилые квартиры: моя и одного старичка, Степана Денисыча. Ветеран! Другие уже давно в космос умотали, а этот нет, сидит, верен отечеству. Вот таких бы побольше, да. Выдержка у него… а у меня нет. Я не такой, меня уже не хватает.
– Вы не пробовали смотреть на жизнь позитивней? – поинтересовалась Оксана. Вообще, ей были глубоко безразличны проблемы этого чужого человека, но инструкции руководства предписывали провести обязательную беседу, выслушать, попытаться отговорить от необратимого шага. Население страны и так сократилось втрое, и если всех отпускать к альтаирцам, так скоро совсем никого не останется. – Вы ещё достаточно молоды, – покривила она душой. – У вас вся жизнь впереди. Столько возможностей, столько перспектив.
– Да ну, бросьте, – скривился Василий. – В мои тридцать шесть уже нечего ждать. Для дам я малопривлекателен. Для карьеры слишком ленив. Мне и не нужно-то больше ничего от жизни. Нечего ждать. Устал. Да и, знаете, все мы рано или поздно окажемся там. – Он показал пальцем в потолок.
Оксане захотелось осудительно покачать головой, но она сдержалась.
– У нас на третьем этаже работает психолог. Может, прежде чем вы окончательно решитесь на Уход, вы зайдёте к нему? Вдруг он вам что-нибудь подскажет?
– Ой, знаете, не люблю я всех этих психологов. Самоуверенные, думают, что разбираются в людях. Нет, не хочу. Да и решил я уже всё.
– Вы верующий? – Оксана не сдавалась.
– Да как сказать. У меня свои отношения с религией. – Василий улыбнулся. И вдруг спросил: – А вы?
– Да, – отчего-то смутилась девушка.
– Мне просто любопытно, верят ли в Бога люди, которые отправляют других людей… ну, сами знаете куда. И если есть рай и ад, то попадают ли туда те, кто прошёл через Уход? Как вы думаете?
– Я не знаю. – Оксана встрепенулась. – Давайте вернёмся к делу.
– Давайте.
– Где вы родились?
– Город Москва.
Компьютер, фиксировавший весь разговор, немедленно заполнил соответствующее поле электронной анкеты.
– Дата рождения?
– Тридцать первое мая две тысячи пятьдесят четвёртого года.
На лице Оксаны вновь возникла лёгкая улыбка.
– День Победы над космическими захватчиками!
– Да, повезло мне, – ухмыльнулся Василий. – Двойной праздник. В один день. Хотя теперь День Победы уже не так пылко отмечают, как раньше. Война. – Он вздохнул. – Даже обидно.
– Продолжим. Причина Ухода? Постарайтесь сформулировать в одно-два слова.
