II. Случай, когда новое несходное заболевание оказывается сильнее. В этом случае заболевание, которым вначале страдал пациент, как более слабое, будет с наступлением более сильного отстранено и подавлено до тех пор, пока последнее не завершит цикл своего развития или не будет вылечено, и тогда старое заболевание проявится вновь неизлеченным. Тульпиус[90] наблюдал, что у двоих детей, страдавших одним из видов эпилепсии, на время прекратились припадки, когда они заболели стригущим лишаем (tinea). Однако, как только высыпания на голове исчезли, припадки возобновились с прежней частотой. Шепф[91] видел, как зуд проходил с развитием цинги, но проявлялся снова после ее окончания[92]. Если мания развивается у туберкулезного больного, то ею устраняется чахотка со всеми ее симптомами, однако, когда мания проходит, чахотка немедленно возобновляется и оказывается фатальной[93]. При совпадении эпидемии кори и оспы и инфицировании ими одного и того же ребенка уже развившаяся корь подавляется присоединившейся несколько позднее оспой и не может завершить своего цикла развития до излечения оспы. Однако нередко случается, что и привитая оспа, как это наблюдал Манге[94], подавляется на четыре дня наслоением кори, и завершает свой цикл после развития периода шелушения последней. Даже в тех случаях, когда прививка оспы была произведена шесть дней назад, корь задерживает воспаление в месте прививки на одном уровне, и оспа не развивается до тех пор, пока корь не совершит свой семидневный цикл развития[95]. При эпидемиях кори многие инфицируются на четвертый или на пятый день после прививки оспы, и корь препятствует развитию последней до окончания своего собственного курса, после чего оспа всегда появляется и проходит цикл своего обычного развития[96]. Истинная, гладкая, рожеподобная скарлатина Сиденгема[97] с ангиной подавлялась на четвертый день высыпаниями коровьей оспы и не возобновлялась до окончания курса последней. Однако в другом случае, когда оба заболевания казались равной силы, коровья оспа была подавлена на восьмой день наслоением истинной, гладкой скарлатины Сиденгема, и ее красный очажок исчез до окончания скарлатины, после чего коровья оспа возобновила немедленно свое течение и завершила его обычным образом[98]. Корь подавила развитие коровьей оспы: на восьмой день течения последней, практически на пике заболевания, развилась корь; она остановила дальнейшее течение коровьей оспы, и последняя не могла завершить своего цикла до развития коревого шелушения, так что на шестнадцатый день болезни, по наблюдениям Кортума[99], больной выглядел так же, как и на десятый.
Даже после начала кори прививка коровьей оспы хотя и вступает в силу, но болезнь не совершает своего обычного развития до исчезновения кори, что даже наблюдал Кортум [100].
Я сам видел, что свинка (angina parotidea) немедленно исчезла, как только вступила в силу и почти достигла максимума прививка коровьей оспы, и только после окончания последней и исчезновения ее красного очажка это сопровождающееся лихорадкой и вызываемое специфическим миазмом опухание околоушных и подчелюстных желез восстановилось и совершило свой обычный семидневный цикл развития.
Так происходит со всеми несходными болезнями; более сильная подавляет более слабую (когда они не осложняют одна другую, что редко случается при острых заболеваниях), но никогда ни одна не излечивает другую.
