Обычно в часы полуденной трапезы обеденный зал в гарнизоне Нексиса бывал переполнен. Повсюду стоял оглушительный шум, и весело стучали по тарелкам ножи, и бесконечные разговоры будили гулкое эхо в голых каменных стенах. Однако сегодня здесь было слышно только едва различимое бормотание, да жирные черные мухи, жужжа, вились вокруг тарелок с объедками. Из-за засухи, грядущей смены командира и угрозы народных волнений настроение в гарнизоне достигло низшей точки.
Мара посмотрела на пустые ряды столов и скамеек и тяжело вздохнула. Неудивительно, что никто не ест. Рацион ограничен из-за засухи. Еда на жаре быстро портится. Овощей и фруктов не хватает, они идут в основном богачам, которые платят за них баснословные деньги; в трактиры вроде «Быстроногого Оленя», посещаемые зажиточными горожанами; или — тут маленькая темноволосая воительница нахмурилась — проклятому Волшебному Народу! Да где же справедливость? А весь город тем временем должен жрать «мясо» худых и грязных животных, которые сами дохнут как мухи на опаленных зноем полях.
— Что за собачья жизнь! — пробормотала Мара, обращаясь то ли к себе, то ли к Харгорну. Стареющий воин хорошо знал, что скрывается за ее мрачным видом, и сочувственно пожал ей руку, — Не принимай близко к сердцу, крошка. Верховный не хочет брать тебя в Совет Трех вовсе не из-за твоих способностей и не потому, что ты женщина. Знаешь, в наших глазах это своего рода комплимент: люди по крайней мере уверены, что ты не пляшешь под дудку старого мерзавца. И кроме того, быть помощницей такого великого воина, как Форрал, по-моему, весьма неплохая карьера.
Мара поморщилась.
— После того как ты сам собирался стать командующим? И потом — Форрал, может, и великий воин, но мы-то хорошо знаем, что он получил этот пост только потому, что снюхался с Волшебным Народом! — Она стукнула кулаком по столу. — С таким же успехом Миафан мог сам принять командование и покончить с нами. Если бы не Ваниор, то обычные жители этого города вообще не имели бы представительства в Совете!
— С такими взглядами тебе никогда не получить этот пост, — горько сказал Харгорн. — Именно они в свое время разрушили мою карьеру. Послушай меня, подружка — держись подальше от городской политики! — Он поправил повязку на длинных седеющих волосах и поднялся. — Пожалуй, мне пора. Если Паррик не вернется в ближайшее время, я понадоблюсь.
— После встречи с Ваннором он все еще не вернулся? — Мара очень жалела, что это поручение досталась не ей. Она любила и уважала невысокого, полноватого, но крепко сбитого главу Купеческой Гильдии за его колкий юмор и бескомпромиссное отношение к жизни вообще и Волшебному Народу в частности.
Харгорн покачал головой.
— Зачем Риоху вообще понадобилось ставить Ваннора в известность о своем преемнике? Будто тому не все равно, кого выбрал Верховный!
— А вот и Паррик, — перебила Мара.
В гарнизоне вечно пошучивали, что невысокий жилистый начальник кавалерии никак не может войти в комнату спокойно. На сей раз его обуял приступ кашля от белой пыли, висящей над высохшим плацем, а еще он невероятно спешил. Подойдя к столу, Паррик стер пыль с загорелого лица и лысеющей головы и одним глотком допил безвкусные тепловатые остатки эля из мариной кружки.
— Там неприятности, — бросил он. — Черт возьми, куда подевался Риох?!
Дорога от мельницы до Нексиса была неблизкой, но еще дольше пришлось взбираться от прибрежной тропинки к Площади Зеленщиков, куда окрестные крестьяне свозили свой товар. Сара затолкала мокрые от пота волосы обратно под платок и побрела дальше по мощеному переулку, круто поднимавшемуся вверх. Перекладывая неудобную корзину в другую руку, она споткнулась и со злостью рванула подол тонкой юбки. Какого черта мать заставила ее тащиться в такую даль?! «Будто там можно что-нибудь купить! — раздраженно подумала она.
— Еды не хватает, еды не хватает! Я что ли устроила эту проклятую засуху?» Ее взбесило еще и то, что отец, обычно терпеливый, основательно выбранил дочку за то, что та проспала и не поспела на рынок к самому открытию. Сара нахмурилась. С тех пор как река обмелела, и мельничное колесо остановилось, с ним нет никакого сладу. Анвар больше не приезжает за мукой на телеге, вот и приходится таскаться пешком. Правда, все равно, в эти дни от Анвара толку мало. Он все время работает, словно это может что-то дать! А хуже всего то, что у него напрочь нет честолюбия!
Но вот уже и конец пути. Сара с облегчением вздохнула и начала подниматься по крутым ступеням, ведущим к самой площади. Вспотевшая, усталая и голодная, она была так поглощена своими невзгодами, что не обратила внимания на нарастающий гул сердитых голосов и, вступив на площадь, оказалась вдруг в самом центре бунта.
Без конца нахлестывая лошадь, Ваннор с головокружительной скоростью несся по узким улочкам. Он только что получил известие от перепуганных лавочников, которые, заметив взрывоопасное состояние толпы, тут же послали за главой Купеческой Гильдии.