От мысли, что она может снова его потерять, у девушки подкосились ноги. И все же по прошлому опыту Ориэлла знала, что Форрал будет вне себя, если она рискнет своей жизнью. В нерешительности она двинулась вперед и неожиданно заметила, что боковая дверь в одном из домов, примыкающих к площади, слегка приоткрыта. Ориэлла остановилась. Она редко бывала в Нексисе, но, если память ей не изменяет, в этих домах есть балконы, выходящие на площадь. Девушка без колебаний скользнула внутрь. К счастью, дом был пуст — его обитатели скорее всего в данный момент буйствовали на площади.
Когда-то величественные, здания, окружавшие площадь, теперь осели и начали разрушаться, так как этот район вышел из моды. Пройдя через просторные, светлые комнаты, Ориэлла оказалась в зале с большим высоким окном, выходившим на балкон.
Она открыла задвижки и вздрогнула, увидев царивший внизу хаос. На той стороне какой-то всадник отчаянно боролся с толпой, стремящейся стащить его на землю. Перед ним в седле сидела светловолосая девушка, в истерике цеплявшаяся за его руку с мечом, которым он пытался отогнать нападающих.
Ориэлла оглянулась в поисках Форрала и обнаружила его внизу, спорящего с каким-то торговцем. Кровь застыла у нее в жилах, когда она увидела тоненькую полоску смертоносного пламени, змеящуюся сквозь толпу: к телегам спешили люди с факелами. Боги! Если баррикада сгорит. Форрал останется беззащитным! В голове у нее все спуталось от страха. Есть только единственная возможность остановить это безумие — и она обязана ее использовать.
«Дождь, — подумала она. — Я должна вызвать дождь!» Ей вспомнился ее последний магический опыт: бесконечные блуждания в темном лабиринте, ужас, отчаяние. Девушка похолодела: она ни разу не пользовалась магией с тех пор — остался ли у нее дар? Или ее снова постигнет та же участь? У нее нет никакого практического опыта в магии Погоды, а ведь это сложное и утомительное дело. Но она должна спасти Форрала…
Вцепившись пальцами в холодный металл балконной решетки, Ориэлла вспомнила все наставления и сделала так, чтобы дух ее покинул тело. Она взмыла в небо и, осмотревшись, яростно выругалась. Синева. Безупречная яркая синева, переходящая в жарко-белый цвет у самого горизонта. Где же тучи, что должна была двигать Элизеф? Ориэлла мучительно вспоминала все, что успела узнать о погоде из древних фолиантов Финбарра. Стало быть, они должны двигаться с запада… Теперь нужно сосредоточить все силы в одном направлении. Мысленный взор Ориэллы проникал все дальше и дальше. Ага! Вот они — там, далеко, над западным океаном…
Вспышка пламени и дикий рев толпы заставили девушку рывком вернуться в свое тело. Ориэлла судорожно вцепилась в чугунные прутья: голова кружилась от стремительного возвращения. Она с опаской посмотрела вниз и едва не потеряла сознание: повозки горели!
— Форрал! — в ужасе воскликнула Ориэлла. Тучи были слишком далеко — как же она сможет быстро передвинуть такую массу воды и воздуха? На секунду время остановило свой бешеный бег, и Ориэлла ощутила жар пламени, пожирающего телеги, и одновременно с тем — безумную, испепеляющую силу ярости толпы. Неожиданно образ ее отца, Джеранта — забытый, казалось, со времен младенчества, — возник перед девушкой, и она услышала его голос: «Формы энергии многообразны, и знающий может использовать любую из них. Сильные чувства — ненависть, страх, любовь, — все они могут служить пищей для магических сил…»
Без промедления Ориэлла начала вбирать в себя безумную, яростную энергию толпы и грубую тепловую энергию пожара. Поток силы едва не сбил девушку с ног; строго говоря, это являлось нарушением Кодекса магов — и в то же время над площадью скопилось столько энергии, что Ориэлла могла взять достаточно для своей цели и вместе с тем не причинить никакого вреда толпе.
Самым сложным оказалось одновременно высвободить дух, но в конце концов тело девушки превратилось просто в канал для передачи энергии, а ее ищущий разум тем временем снова нащупал тучи. Что будет легче — притяжение или отталкивание? Облака все равно двигаются в этом направлении, значит — притяжение! Но как? Ага! Ну конечно!
Ориэлла сконцентрировала свою волю на области холода, предшествующей тучам, и изо всех сил потянула ее к Нексису, создавая разрежение, чтобы вызвать ветер. Воздух было куда легче двигать, чем воду, и облака, казалось, с радостью рванулись в освободившееся пространство.
Имея в распоряжении такую огромную энергию, это оказалось даже слишком просто, и только потом Ориэлла осознала, что процесс, занявший века в ее временном измерении, на самом деле длился считанные секунды. Когда толстый слой облаков накрыл город зловещим черным колпаком, Ориэлла вернулась в свое тело, собралась с силами и нанесла удар.
Сверкнула гигантская молния. В отдалении по равнине прокатился раскат грома. «Дождя!» — приказывала тучам Ориэлла.
Ей казалось, что она ногтями царапает иссиня-черную пелерину, вырывая у неба драгоценную влагу…
