Черт подери, мне нравится, как она говорит. Нравится, как ее глаза горят от восторга. Меня очаровывает ее искреннее «хочу». Хочу пирожное, хочу на новогоднюю ярмарку. Своей непосредственностью Эрика напоминает ребенка, и мне уже безумно хочется исполнять ее капризы. Скупить ей половину новогодней ярмарки, угостить профитролями и шампанским… главное, чтобы она с восторгом смотрела на меня своими фиалковыми глазами.
- Я буду жаркое из свиных ребрышек с картошкой и тоже профитроли на десерт, - выбираю я. - И кофе. Эрика, ты будешь кофе?
- Да, американо.
Официант записывает наш заказ и быстро удаляется на кухню.
- Виктор, только одно условие, - касается моей руки девушка.
- Какое?
Ох. Кажется, от ее прикосновения меня бросило в жар. Держи себя в руках, Виктор! Ты же опытный, уверенный в себе мужчина, а рядом перед тобой сидит нежный, едва распустившийся цветок. Нельзя все испортить своими не в меру распущенными желаниями!
- Я плачу за себя сама.
У меня такое ощущение, будто мне на голову только что вылили ушат ледяной воды.
- Вот еще… Почему?
- Потому что я так привыкла. Не люблю чувствовать себя обязанной.
Я задумчиво потираю подбородок.
Вот она - неприкосновенность. Надо срочно спасать ситуацию.
- Эрика… Наши родители ведут бизнес вместе. Твой отец не простит меня, если узнает, что я пригласил тебя на ужин и заставил заплатить по счету, - мягко кладу свою руку на ее тонкие пальцы с алыми, украшенными снежинками ноготками, я.
Прикосновение наших рук словно пронизано электрическими разрядами. Мне снова жарко. Я уже хочу ее. Хочу целовать нежные, невинные губки, хочу касаться ее тела, хочу, хочу… Но я тут же начинаю отдавать себе отчет, что с Эрикой надо держать себя в руках. Иначе раковина ее доверия, приоткрывшаяся на мгновение, тут же захлопнется.
- Ты позволишь мне заплатить за ужин, Эрика? - втянув в легкие побольше воздуха, мягко спрашиваю я.
- Только если это действительно может повлиять на ваши деловые отношения с отцом, - неуверенно соглашается она.
Ура, кажется, первый раунд я выиграл.
Ресторан полон гостей, и знакомые родителей с интересом посматривают в нашу сторону. Конечно, все наслышаны о разрыве с Анжелой и теперь пялятся на Эрику.
Ого, оказывается, я собственник. Меня дико раздражает назойливое внимание публики. Я не хочу делиться Эрикой. Она будет только моей. Еще в обед я думал, что не смогу полюбить эту девушку. Сейчас я уверен в обратном.
Я приподнимаю бокал.
- За нашу встречу, Эрика.
- Да, за встречу, - соглашается она и тоже берет свой бокал.
- А чем ты занимаешься в Москве? - желая узнать о ней как можно больше, жадно интересуюсь я.
- Отрабатываю практику в тетушкином турагентстве. Обожаю свою работу. Путешествия - самое интересное в этом мире, Виктор, - с восторгом рассказывает мне она.
Я чувствую, что ей действительно нравится ее работа. Да, Она прелесть. Ничем не избалованная, милая и непосредственная девушка, которой нравится работать у тетушки.
- Так ты любишь путешествовать или работать в туристическом агентстве?
- Мне нравится дарить нашим клиентам радость. Отпуск - всегда радость. Но от путешествий я никогда не отказываюсь.
- А когда защитишь диплом, чем планируешь заниматься?
- Защита весной. И если бы была моя воля, я осталась бы работать в агентстве у тети, - пожимает плечами Эрика.
- А что мешает там остаться?
- Мой отец. Наверное, он заставит меня переехать в Омск. Там жутко холодно, а я люблю тепло.
Девушка грустнеет. Видимо, шампанское, смешанное с глинтвейном, уже ударило Эрике в ее невинную головку, раз она начинает делиться со мной своими переживаниями.
- Никто не может заставить тебя, Эрика, - уверенно говорю я.
- Он может… - вздыхает она. - Сюда же заставил приехать. Значит, и в Омск заставит.
- Что значит, заставил? Разве ты приехала к нам в гости не по своей воле?
- Конечно, нет! На самом деле сегодня вечером я собиралась на вечеринку к друзьям.
- А как ты оказалась здесь?
- Папин охранник затолкал меня в частный самолет и доставил сюда, - грустно улыбается она. - Хотя, знаешь, сейчас я уже об этом не жалею. Ведь если бы меня здесь не было, я бы не познакомилась с тобой.
Я озадаченно посматриваю на нее и потираю подбородок. Пазл начинает складываться в картину. Григорий Щербаков по случайности застрял на запасном аэродроме. Эрика с тетей летела из Москвы. Неужели ее привезли сюда насильно только для того, чтобы познакомить со мной? И даже не предупредили о том, что ей предстоит стать моей женой? Боже… Надо по-настоящему ей понравиться. Ведь, судя по ее словам, с отцом у нее совсем не складываются отношения. Если она узнает, что ее предварительно выдали замуж, даже не потрудившись об этом сообщить, она никогда не сможет мне доверять.
- Может, это хорошо, что мы с тобой встретились? - мягко касаясь пальцев ее руки, произношу я.
- Да. Думаю, это отлично, - соглашается Эрика. Она не торопится убирать руку, и я продолжаю мягко касаться ее пальцев.
