Украинский писатель Слободянюк Борис Иосифович родился в 1917 году в селе Возновцы, Жмеренского района, Винницкой области, в семье крестьянина-бедняка.Первая книга писателя — сборник рассказов «К новым высотам» — вышла в 1948 году в украинском республиканском издательстве «Советский писатель». После творческого путешествия по советскому Узбекистану Слободянюк написал повесть «Солнечная долина» о дружбе украинского и узбекского народов. Вслед за этим вышли книги: «Незабываемое», «Совхозный профессор», «Сквозь бурю».Слободянюк Б. И. участвовал в Великой Отечественной войне, он член КПСС и член Союза писателей СССР.В связи с 50-летием газеты «Правда» за долголетнюю и самоотверженную работу в советской печати Борис Иосифович награжден медалью «За трудовую доблесть».В «Орлином сердце» автор пытается осветить жизнь Петра Кошки, героя обороны Севастополя (1854–1855 гг.). Основным материалом для рассказов послужили воспоминания односельчан прославленного матроса.
В пышных зеленых садах Винничина!
Каждый район, да и почти каждое село чем-нибудь знамениты. К юго-востоку от Винницы — Брацлавский район, а в районе том — село Ометинцы, родина прославленного матроса Петра Марковича Кошки, героя обороны Севастополя в Крымской войне. В это село я шел с директором местной школы Мироном Семеновичем Биланом.
Слушая тихую, неторопливую речь своего спутника, я смотрел и не мог насмотреться на бескрайние поля и зеленый густой лес, перешептывающийся с ветрами. Ветры доносили медвяный запах клевера, раскинувшегося поодаль огромным оранжевым ковром. Широкая полевая дорога, изъезженная автомашинами, вела прямо в село. Сквозь плотную зелень садов краснели крыши домов.
Более ста лет назад этой самой дорогой возвращался с войны в родное село Петр Кошка, и я невольно стал всматриваться в землю, словно хотел узнать, не сохранились ли на ней следы славного земляка нынешних ометинских колхозников. Мои мысли угадал Мирон Семенович:
— Что, может, следы Кошки отыскиваете? Да вы в селе их найдете. Много лет прошло, а память о нем все живет.
Но вот полевая дорога перешла в сельскую улицу, широкую, ровную, со стройными рядами деревьев. Возле узорчатых деревянных оград неширокие кирпичные тротуары. Между высокими деревьями больница, немного подальше родильный дом, большой сельмаг.
— А вот и наша школа, — с гордостью показывает Мирон Семенович.
На улицу высыпали школьники, и она сразу запестрела красными галстуками, будто расцвела маковым цветом.
В Ометинцах я познакомился со многими людьми. Народ здесь крепкий, живет долго, некоторые старики доживают до ста с лишним лет.
— Петро Кошка? Как же, помнят его, даже хорошо помнят… — Таврило Иванович Грищенко, которому уже давно перевалило за сто, весь вечер рассказывал мне о возвращении Петра в село, о его жизни и смерти… Целые легенды пересказал мне о боевых подвигах матроса под Севастополем.
Заброшенное старое кладбище заросло густым вишняком. Но ометинские старожилы хорошо помнят, где именно «всем миром» хоронили Петра. Около могилы матроса старики все вспоминали и вспоминали подробности из его жизни после обороны Севастополя…
— Сидел я однажды у пруда с удочкой, а Петро подошел, поднял меня под мышки и говорит: «Завидую, хлопчик, что увидишь ты хорошую жизнь, а я уже нет…»
— А мой отец ездил с Петром чумаковать аж до самого моря. Рассказывали, бывало… — начинал другой.
Я слушал эти воспоминания, и передо мною возникал образ славного матроса Петра Кошки, имя которого стало легендарным среди тысяч защитников города Севастополя.
После возвращения из Ометинец я решил сразу же рассказать о потомках Петра Кошки, о том, как они чтят память своего героя-земляка. В газете Черноморского флота «Флаг Родины» появился мой очерк «На родине матроса Петра Кошки». Именно тогда у меня возникла мысль написать несколько рассказов о после-севастопольском периоде жизни героя-матроса в селе Ометинцы. Старейший советский писатель, академик Сергей Николаевич Сергеев-Ценский, с большим одобрением отнесся к моему замыслу. Незадолго до своей смерти, он написал мне: «Было бы интересно осветить эту его (П. Кошки. —
Пусть же этот сборник будет одним из венков на могилу славного сына украинского народа, мужественного защитника нашей священной земли от врагов» легендарного матроса Петра Кошки.
Мы сидели со старым Гаврилой под развесистой липой. Над головой мерцали звезды, внизу, на плотине, шумела вода, а над Ометинцами пылало зарево электрического света. Возле клуба пели баяны. И изредка, когда баяны замолкали, слышно было, как недалеко за селом гудел трактор. Сквозь ветви пробивался свет и падал к нашим ногам бледно-золотыми пятнами. На могучую крону дерева налетал ветер, раскачивая, теребил ветки, и от этого пятна на траве перемещались, иногда подкатываясь к ногам Гаврилы, как морские волны.
Старик сидел неподвижно. На нем были белые штаны, белая сорочка, на грудь спускалась широкая борода, на голове — шапка седых волос, и казалось, что это статуя какого-то мудреца, высеченная из мрамора. Я примостился на сером камне и приготовился слушать. Белая статуя пошевелилась — дед отложил в сторону палку и начал рассказывать. Голос его, немного хриплый и глуховатый, лился медленно, будто вода на лотках [1].
