По дороге на судебное заседание, из-за опоздания куда для него многое приоткрылось, резидент испытывал двойственное чувство. Зловеще озадачивало, что теперь им почему-то занялась петроградская «главчекистка» Яковлева. Однако Орловский и благодарил Бога за то, что перемешал ее пасьянс захватом Милитова. А, главное-то, результатами сыска Могеля и Буравлева он заимел на любую игру козыри.
«Впрочем, лучше прятать их поглубже за пазухой, — размышлял разведчик все же в миноре. — Ежели придется с этих карт пойти, значит, я сам на волосок от провала».
Господин Орловский, вышедший на агента «Великой Неделимой России», капитана второго ранга А, П. Знаменского из советского Морского генштаба, этим «адресом» попал в самое перекрестье отечественных и иностранных флотских разведок и контрразведок. После разгрома в генштабе группы белых подпольщиков «Особого Флота» Андрей Петрович уцелел лишь благодаря покровительству его любовницы, председательницы ПетроЧеКи Яковлевой в том смысле, что, несмотря на подозрения, ее подчиненные так и не осмелились вызвать моряка на допросы. Он влился в ряды ВНР и после ареста штабных соратников остался в Петрограде центральной фигурой «Особого Флота». Чекисты не зря называли Военно-морской контроль, где засели офовские агенты «филиальным отделением английского морского генштаба», и сумели нанести сокрушительный удар по этой выдающейся организации чисто случайно.
Офицеры императорского флота были самой сплоченной и верноподданной Царю частью русского офицерского корпуса. Их число традиционно составляла дворянская элита, с юности спаянная кадетской учебой и службой на кораблях. Несмотря на то что Государя вынудили оставить трон, господа моряки не собирались уступать Империю, монархистски не доверяя либеральному Временному правительству. А так как матросы были самым распропагандированным и озверелым «авангардом революции», флотские офицеры в подавляющем большинстве ненавидели большевизм во всех его проявлениях.
Почему наследниками героев — матросов Цусимы оказались эти «братишки» — кокаинисты, лихо перекрещенные, в буквальном смысле, пулеметными лентами? Как ни странно, но последующий за Цусимским разгромом русского флота военно-морской ренессанс и породил их. Спохватившись после горьких итогов русско-японской войны, для Балтики создали серию могучих линкоров с экипажами по две тысячи человек. В первой мировой войне они наглухо перекрыли немцам подходы к русским портам, но сами оказались в бездействии. Матросские экипажи, получавшие ежедневный мясной паек в 450 грамм, наедали загривки и в безделье рьяно занимались изучением революционной периодики, учась ненавидеть офицерскую «белую кость».
Талантливый германский генштаб, способствовавший гибели Российской Империи переправкой к ее столице ленинского запломбированного вагона, не менее хитроумно распорядился по линии распоясавшихся русских матросиков. Изощренной диверсантской акцией кайзеровской разведки стала переброска из Южной Америки огромных партий кокаина в кронштадтские, петроградские порты. Разложению матросов в наркоманскую матросню могло бы воспрепятствовать такое оживление войны на море, как, например, поход к вражеской морской базе в Киле. Однако флотское начальство больше переживало за прикрытие Петрограда, опасаясь также вступления в войну на немецкой стороне Швеции.
Поэтому на кораблях сохранился костяк и офицерской элиты, когда в армии на третьем году Мировой войны на смену выбитой военной косточке задавали тон вчерашние студенты и интеллигенция, по мобилизации надевшие золотые погоны. Оттого не они, а неколебимые флотские офицеры в кровавых волнениях 1917 года первыми погибали от матросских орав.
За войну императорские моряки в действиях против немцев сдружились с англичанами, и когда власть захватили Советы, русские обратились за помощью к своим самым проверенным союзникам. Весной 1918 года по инициативе бывшего секретаря российского посольства в Британии В. Д. Набокова и при поддержке английской морской разведки был организован крайне законспирированный «Особый Флот» из бывших офицеров государевой флотской разведки и контрразведки. ОФ возглавил лейтенант Рог-нар Окерлунд, руководивший в 1915–1917 годах имперской морской разведкой в Скандинавии.
