- Такое уж наше дело мужское, госпожа дикеофора, - застенчиво сообщил молодой колбасник, - Уж не обессудьте.
- Так. Я все поняла, - раздраженно сказала Эситея. - Чего вы от меня хотите?
- Чтобы вы попросили за Камаца в Новом городе. Никогда же такого раньше не было, - перехватил инициативу в разговоре сосед-лекарь, кажется, бывший у пришедших горожан предводителем. - Ну подрались мужики. С кем не бывает? Растащили - и будет. Зачем же арестовывать? Это в Новом городе новый начальник гарнизона новые порядки наводит. Зуб у него на нас, ишь ведь как.
- Пусть отцы города за Камаца просят, - возмущенно ответила Эситея. - Я не пойду! - и она захлопнула дверь перед носом сограждан.
Но горожане не отстали. В конце концов, такая солидарность стоила того, чтобы обратить на нее внимание. Кто его знает, может и есть в этом Камаце что хорошее, или просто ненависть к чужакам объединяет? Добила дикеофору Катея Камац, еще не снявшая повязку с искалеченной руки, прибежавшая просить за мужа.
- Вы не знаете, он хороший, - всхлипывала она и деликатно вытирала нос вышитым платком, - ну попивает немного. Ну приложит иногда, когда под горячую руку попаду. Зато потом и приласкает. Не отдавать же его чужакам на растерзание. Муж он мне все же, чай, не посторонний.
Эситея рассеянно слушала эти излияния загадочной женской души, прислонившись к косяку двери и вспоминая, куда она подевала приглашение Астайнара Эр"Солеада. Ведь не на растопку же пустила. Господин Эр"Солеад приглашал ее в Новый город. Но она, естественно, не пошла.
-Я поняла, - наконец резко сказала дикеофора. Катея Камац сразу же замолчала, испуганно посмотрела на нее. - Пойду, сказала, в Новый город просить за твоего мужа. Только оденусь потеплее.
- Да, да, госпожа дикеофора, одевайтесь теплее. Там вьюга. Такой ветрила...
Эситея заперла дверь в свою приемную, переоделась, надев красивое нижнее платье, и верхнее, тоже шерстяное, но из очень тонкой ткани. Потом нашла-таки на печке приглашение господина Эр"Солеада, тщательно застегнула на плече темно-пурпурный с серебряной вышивкой плащ дикеофоры, обулась и вышла на улицу. Пока она одевалась, сопровождающие горожане перебрались с одной улицы на другую и ждали ее у входа. Так что до Нового города она шла не одна, а возглавляла нестройную колонну заинтересованных сограждан.
- Как думаешь, они послушают дикеофору?
- А коли кто обидит ее, тому не поздоровится. Как давеча Леждина приложило, еле очухался.
- Глядишь, и сгинут чужаки, коли обидят дикеофору...
У "беседки для переговоров" сограждане проявили разумную осторожность и отстали. Эситея тоже остановилась, вблизи рассматривая это сооружение. Беседка имела восьмиугольное основание, выложенное мрамором, и высокие каменные бортики. Так что сидящего внутри человека издали застрелить было невозможно, в то же время стоящие охранники легко могли обозревать все пространство вокруг. Внешне примитивная беседка выдавала серьезные размышления заказчика о несовершенстве жизни.
Приглашение Эситее не понадобилось. Как только она подошла к воротам, ведущим на территорию Нового города, ее встретил молодой чужак.
- Госпожа Эситея, мне приказано проводить вас к господину начальнику гарнизона.
Девушка неглубоко поклонилась на местный манер: одна нога заводится за другую, руки поднимаются ладонями вверх, прямая спина, опорная нога немного сгибается в колене. Сложный, почти акробатический номер для местной уроженки, зато посланник сразу проникся к ней доверием.
Поднимаясь по широкой мраморной лестнице в покои господина начальника, Эситея думала, стоит ли ей полностью соблюдать церемониал и просить за этого свина Камаца на коленях. Они вошли в прямоугольное, облицованное светлым мрамором, хорошо освещенное помещение с высокими узкими окнами. Вдоль одной из стен был устроен огромный очаг, где гудело и бушевало пламя. Стоящий у окна человек быстро повернулся к вошедшим и сделал несколько стремительных шагов навстречу. Он жестом отпустил сопровождающего, Эситея удивилась радости, засветившейся в его глазах.
- Наконец-то я вас заманил, - с удовольствием сообщил господин Астайнар.
После чего мысль о том, чтобы просить за Камаца на коленях выветрилась из головы дикеофоры навсегда.
- Я так и думал, что они попросят о помощи дикеофору. Не бойтесь, я отпущу вашего пьяницу сразу после вашего ухода. Отметим нашу встречу? - он указал рукой на накрытый столик чуть в стороне, который взволнованная посетительница сразу не заметила. - Конечно, той наливки, которой вы меня угощали в день нашего знакомства, я предложить не могу, но у меня есть вино из столицы.
Все нарастающее удивление Эситеи достигло своего пика.
- О какой наливке вы говорите?
- Разве вы не помните, как мы познакомились? - все с той же радостью в глазах спросил Астайнар. Выглядел он здоровым, чистые волосы светились золотистым сиянием, следов недавнего измождения не наблюдалось. Молодой, высокий, широкоплечий, довольный пришелец. - Вы были в тот вечер немного расстроены.
- Ничего не помню, - огорченно сказала девушка. - А что было?
