Князь бросился следом за ней, но было уже слишком поздно. Мы все опоздали… увидев, как пираты не просто шарахнулись в стороны, а начали падать прямо на гальку. Питер шагнул в сторону, но теперь ему перекрывали линию стрельбы не только Женевьева, но Князь. И, кажется, Ковбой успел вскинуть револьвер, а выстрелить — уже нет.
Взрыв был не очень громкий. В первый момент я даже не понял, почему вдруг оказался на земле. Очередь «льюиса» по ушам ударила больнее, да и последующий вопль О’Фаррелла: «Всем лежать, твари!» — тоже.
А потом я услышал, как меня кто-то тихо зовет.
— Мартин…
Первая мысль была о докторе… но почти сразу пропала. Женевьева получила большую часть осколков, ниже плеч все было просто кровавой кашей. С такими ранами вообще не живут, даже считанные секунды…
— Мартин… позаботься о Сюзи… пожалуйста.
— Обещаю. Все будет хорошо.
Надеюсь, она успела меня услышать…
***
— Дай мне пистолет, — приказал Штейн. — И вытащи сюда одного из этих ублюдков.
Стетлер нехотя вытащил из кобуры "парабеллум", перехватил его за ствол и протянул Альберту.
— Которого именно?
— Господи, да какая разница?! Любого.
Первый пленник, поставленный на колени перед Штейном, оказался молодым парнем. По виду — итальянец или француз с юга. Наверное, из тех, что нравиться девчонкам, усики тонкие, модные, но сейчас, когда половина лица в маске из крови и грязи, этого точно не сказать.
А еще через секунду его перекосило еще больше, потому что Штейн приставил к его лбу ствол пистолета.
— Ты что-то знаешь про блондина, с которым Черный Ящер вел дела? Про человека, которого вы похитили вместе с пулеметами? Куда их потом отправили?
— Нет, я ничего не знаю, пожалуйста, поверьте, я просто техник…
— Ты просто бесполезная куча дерьма! — спокойно, даже с легким сожалением в голосе произнес Альберт и нажал спуск. — Следующий.
Второй был постарше, лет за тридцать… битый жизнь мужик, судя по седым волосам и коллекции шрамов на торсе. Смотрел он угрюмо, исподлобья. И, видимо, его взгляд уже заранее все сказал Штейну, потому что свои вопросы он так и не задал — просто поднял "парабеллум" и прострелил пленному голову.
— Следующий.
— Я скажу, скажу… — третий пират захлебнулся в крике, как только его дернули вперед из общей шеренги. — Вот тот, в черной рубашке, второй справа… он радист, он знает все позывные… и он постоянно был с Ящером, на всех переговорах.
Мне вдруг остро, до боли захотелось закурить. Отойдя на пару шагов, я сел на валун, вытряхнул из пачки сигарету… протянул вторую вставшему рядом Ковбою.
За спиной сухо треснул очередной выстрел.
— Радиста на борт! — велел Штейн. — Остальные нам не нужны.
По крайней мере, ни Леви Минц, ни Питер О’Фаррелл стрелять не стали, хоть и стояли рядом, держа пиратов на прицеле. Но услышал я только лающую трескотню двух "фюрреров".
— Я одного не пойму, — дождавшись, пока выстрелы затихнут, недоуменно произнес Ковбой, — почему Женевьева тебя звала… и о сестре попросила позаботиться. Она же не видела, что с Князем… черт, да она вообще о нем не вспомнила.
— Сложно сказать.
Я посмотрел на море. Вдали, на востоке, облака у горизонта уже наливались красным. Никогда не видел восход солнца на Адриатике.
— Человек иногда перед смертью иногда понимает разные странные вещи. О которых раньше не догадывался. Тем более, женщины… они могут и просто почувствовать.
— Это какие же?
— Например, что их отца в Самаре в одна тыща девятьсот восемнадцатом году расстрелял один молодой комиссар. За участие в контрреволюционном заговоре. У него медальон при себе был, с портретом жены… а Сюзи на мать очень похожа.
Хотя Ковбой и гордился своим умением держать удар, эти мои слова его пришибли основательно.
— Что же получается… ты… и она…
— Вообще я о сыне иногда думал, — сказал я. — Семейный очаг и все такое. Но раз уж так сложилось… дочь, это тоже хорошо.
Конец первой книги
Этот отрывок вы прочли бесплатно благодаря Телеграм каналу
Если вам понравилось произведение, вы можете поддержать автора подпиской, наградой или лайком.
Страница книги:
