Плечо очень хорошо прочувствовало здоровенные навески шестидесяти выстрелов накануне, и просто ровно стоять на рубеже было весьма непросто. Но вот прозвучала команда "старт". Еще раз сосредоточился на стрельбе, прикрыв глаза и представив себе "зеркальную линзу", вмещающую меня и мишень. С полуприкрытым глазом поднял пистолет, посмотрел на почти неподвижную мушку, выстрел…
Пристрелочные сначала летели ровно, перешел к зачетным.
Но как не сосредотачивал внимание, плечо… проклятое плечо… испробовал все приемы аутотренинга, просидел на табуретке минут десять после второй серии, но заканчивал стрельбу уже просто скрипя зубами и плечом.
Таблица результатов просто шокировала, сто, девяносто девять, сто, девяносто пять, девяносто и восемьдесят пять.
И самое обидное во всех мирах четвертое место. А тройка призеров — они честно признались, что просто не стреляли на милю из винтовок, тем более что с "помошников шерифа" никто результаты не спрашивает, в отличие от бойцов Патруля.
Но мои странные результаты вызвали бешеный интерес — из чего? Что за пистолет позволяет стрелять так хорошо?
Пришлось открывать сумку. Но сначала никто не понял разницу с "тозом", пришлось снимать рукоятку и объяснять, что весь "стреляющий блок" — ствол, затвор, прицел, скреплены с рукояткой через направляющие, и при выстреле прямолинейно откатываются назад, и удар в заднем положении происходит уже когда пуля улетела от ствола дальше чем на метр. Это устраняет главный недостаток матчевого пистолета — подъем ствола до вылета из него пули, который происходит от отдачи. Тут же отдача прямолинейно отбрасывает ствол, уравновешенный относительно оси, и неравномерность хвата рукоятки просто перестает влиять на возникающее плечо сил и подброс ствола.
— Чья идея?
— Совместно с Хайдуровым и Герценом еще лет десять назад придумали, но тогда по тем русским законам сделать в металле не смогли. Ну а тут — в прошлый мокрый сезон вспомнил и сделал.
— Так это тоже ваше оружие?
— Есть немного…
Домой ковылял с сумкой в левой руке, правая после аутотренингового "отката" висела плетью, но с целой стопкой адресов возможных заказчиков на такие пистолеты.
Сложна жизнь конструктора-оружейника на Новой Земле…
Следущая неделя прошла в спокойной работе над охотничьими винтовками, но вот подросток-почтальон принес толстый конверт с обратным адресом из Веймара. В нем был объемистый документ о том, что управление образования Немецкого союза устало страдать от жалоб школ на крайнее разнообразие малокалиберного оружия, из которого дети учатся стрелять. Да и соревнования проводить непросто, если у одного охотничья винтовка с впаянной мушкой, а у другого спортивная. В общем, посчитали, подумали и объявили конкурс на создание винтовки и пистолета для обучения стрельбе.
Занудно описывались требования к оружию и этапы конкурса, которых было три. На первом из поданных образцов стреляли работники оружейной школы, на кучность из тисков. Если в ходе настрела в три тысячи у одного участника сломаются два экземпляра, то он выбывает за неумение делать долговечное оружие.
На втором этапе уцелевшее оружие давали в руки группе в тридцать стрелков возрастом от шести до шестидесяти лет (новоземельных), и самого разного телосложения, вес участников от 30 до 130 кг. Стрелкам выдаются условные номера, и каждый делает по пять серий в десять выстрелов по мишеням, а результаты стрельб сводятся в таблицу. Сначала пунктуальные немцы предполагали вычислить средний результат каждого стрелка при стрельбе из разного оружия, а потом сделать вторую таблицу — какое оружие у данного стрелка покажет себя лучше или хуже среднего. Предпочтение будет за тем, чье оружие покажет себя лучше среднего у большинства стрелков.
И наконец третий этап — два лучших конструктора приглашались в Веймар, в оружейную школу, на базе которой и проводился конкурс. Там им придется говорить с технологами окрестных заводов, чтобы определить, какие части оружия какой завод будет делать, и сколько чей образец будет стоить.
Сами стволы и сборка на базе оружейной школы. Немцы решили не строить оружейный завод, а распределить детали по обычным.
По оплате тоже ничего сверхоригинального не придумали — по три тысячи каждому, кто чье оружие прошло первый этап отбора на прочность. А выигравший конкурс получает по пять экю с каждого изготовленного экземпляра оружия, в течение двадцати лет или до конца своей жизни, если он проживет меньше. Выплаты не наследуются. За это конструктор обязан приезжать или как-то еще участвовать в устранении проблем с производством.
Вот такой конкурс. Разумеется, изложено все было очень подробно, на десятке страниц.
Посоветовавшись с Катей, решили что участвовать буду, но автором оружия укажу Катю.
— Зачем мне это?
— Страховка. Это опасный мир, и если со мной что-то случится, деньги тебе не помешают
— Но у нас есть некоторые сбережения…
— Ну и что?
В общем, убедил жену и взялся за проектирование.
