Ну и ладно. Только отвернусь и в подушку лицом зароюсь, чтобы не портить себе настроение. Франку-то вряд ли зритель смутит, а мне каково? Она сейчас уйдет, а я мучайся. Хотя нет, не буду мучиться… я уже сплю практически. Все-таки совиная моя сущность проявилась во всей красе, и я даже не слышал стук двери, когда доктор Моро покинула мою скорбную обитель. Конспираторша недоделанная – затемно пришла, затемно же и ушла. Поневоле Тинкиной уверенностью проникнешься в непростом происхождении нашей столичной штучки. Выловленной, что характерно, во вполне себе провинциальном море, хе-хе…
Проснулся буквально сразу же, причем от пронзительного верещания собственного смартфона. Злобно выругавшись, покосился на экран и про себя помянул недобрым словом ночную визитершу – Франка перед уходом озаботилась, будильник завела, вот только на час позже, чем следовало. Опоздаю, к гадалке не ходи. И совершенно заслуженно огребу от научного руководителя… может, тогда вообще забить? Семь бед, один ответ?
Все же заставил себя подняться и умыться. Водные процедуры помогли, сонная одурь отступила, но двигаться от этого шустрее я не стал – сказалось утомление, помноженное на преступную расслабленность. Франсин оказалась истинной француженкой, неутомимой и ненасытной. С одной стороны, с лихвой наверстал упущенное за недели воздержания, с другой – такое чувство, что на мне землю пахали. А сварганю-ка я себе чаек покрепче. А то что, зря что ли с Нового Оймякона запас тащил, наш местный пуэр, происходивший еще со Старой Земли. Завтракать по-любому здешней мерзостью придется, хоть попить вкусненького… все равно уже опоздал, так что подождут еще немного. А может, и много – приготовление правильного чая не терпит суеты. Да еще и посуды подходящей нет, один голый пластик… но и этот препон мужественно преодолел, воспользовавшись большой керамической кружкой, купленной по случаю еще в космопорте на Южной гряде. Пить, правда, придется из обычной, пластмассовой, но с легким ароматом биопластика как-нибудь смирюсь. Тем более, принюхался уже. Это в первый день он в нос бил. Ну вот вроде и готово. Эх, повеселюсь!..
С выводами я поторопился – едва уселся за стол, поставив перед собой исходящую паром емкость, как в дверь снова постучали. И, судя по звуку, настолько деликатным мог быть лишь один из моих знакомых. Да твою ж!.. Это чем я так накосячил, что проф Спанидис самолично явился, дабы нерадивого ученичка собственноручно выволочь за шиворот на свет божий? Не спросишь, не узнаешь. А, пофиг уже!..
– Доброе утро, профессор! – постарался я изобразить самую приветливую улыбку, распахнув перед визитером дверь. – Чем обязан?
– Хм… здравствуйте, Антониос.
– А я, знаете ли, проспал…
Профессор удивленно заломил бровь, но комментировать эту жалкую попытку оправдания не стал. Правда, и говорить тоже не спешил. А во мне внезапно совесть проснулась… вот и молчали оба, пока пауза не превысила все приличия.
– Зайдете?
– А? Да, конечно, Антониос. Я бы хотел с вами, молодой человек… э-э-э… посоветоваться.
– Посоветоваться?
Удивил, реально удивил. Я бы понял, если бы он вознамерился учинить мне разнос, или хотя бы обозвать всячески, пусть тем же балбесом. Но посоветоваться?..
– Да. По одному очень важному для меня вопросу. Впрочем, он касается не только меня. – Проф подозрительно принюхался, потом просветлел ликом: – Это у тебя не пуэр заварен?
– Он самый, – удивленно уставился я на Спанидиса. Надо же, опять на «ты» перешел, а это в его понимании максимальная степень доверия и расположенности к подчиненному. – А вы откуда знаете?
– Пивал во времена оны, – непривычно высокопарно ответил тот. – Один, хм, знакомый привозил иногда. Только давненько он не появлялся…
– Проходите, профессор, проходите. Я много заварил, всем хватит. А не хватит, еще сделаю. – Я под локоток увлек гостя на кухню, и тот, надо отдать ему должное, даже не попытался коситься в сторону спальни – говорил же, деликатный. – Присаживайтесь, сейчас кружку вам дам…
– А выпечки у меня никакой нет, – сокрушенно вздохнул я, закончив суетиться с сервировкой и устроившись за столом напротив визитера.
– Такой чай самодостаточен, – не согласился со мной проф. – Сахаром и печеньем его только портить.
– Почти дословно моего папеньку процитировали.
– Несомненно, он очень достойный человек…
…а вот сын непутевый? На это ты, старый плут, намекаешь? Естественно, вслух этого ни он, ни я не озвучили.
– Так о чем вы хотели посоветоваться, профессор?
– Хм… а я уже почти забыл этот вкус, – невпопад отозвался тот. Потом оторвался от кружки и задумчиво на меня посмотрел. – Скажи, Антон, ты позавчера про алкагест говорил серьезно?
– Да шутил, конечно, – не стал я разочаровывать старого ученого. – Явно там что-то другое, но очень уж забавно все признаки совпали. А если честно, это во мне романтик проснулся. Хотя… в свете вашего неурочного визита, профессор, я уже ни в чем не уверен.
– Образцы у тебя в лаборатории?
– Да. Но у меня в компьютере есть все фото и видеоматериалы. Могу продемонстрировать.
– Сделай одолжение.
