А ведь сюрприз удался, что бы там Майк ни говорил! Такую удивленную рожу специально не скорчишь. Значит, в глубине души он был уверен, что я не выжил. Или просто хотел в это верить, что скорее всего. А что, удобно. И враг отправлен в страну вечной охоты, и совесть чиста – лично господин Агеластос к этому непричастен. В случае чего железная отмазка – самоубийство.
– До… кха!.. ждался?..
– Анхель, не переусердствуй!.. А ты упорный, Энтони. Если бы мы встретились при других обстоятельствах, думаю, ты бы мне пригодился.
Ага, держи карман шире! Это ты нам с папенькой еще пригодишься, да и семейству Монтанари тоже. Дай только срок.
– Короче, Фрэнки меня предупредила, я не поверил, но на всякий случай подстраховался. Как выяснилось, не зря.
Молодец, фиг ли. И в этом, судя по множеству признаков, весь Майк Агеластос – верю, не верю, но лучше соломки подстелю. Трус и перестраховщик, зато живой и при власти. Ладно, оставлю свое мнение при себе – вряд ли ему понравится, что тот же Анхель может такое услышать. И, более того, на ус намотать. Очень может быть, что в этом случае у Майка не останется иного выхода, кроме как меня грохнуть – чисто для поддержания репутации. Так что молчу в тряпочку и окатываю всех присутствующих презрением. Что, по большому счету, им как с гуся вода.
– Зато твое появление развязало нам руки, – закончил спич Агеластос. Даже до него уже дошло, что слишком уж он растекся мыслью по древу. – Переходим ко второй фазе переговоров. Анхель!
– Да, шеф?..
– Подготовь его к беседе. Только не переусердствуй, он должен остаться дееспособным. Секрет выживания в зоне излучения шепчущего кита лишним не будет, а он пока что его единственный доступный носитель.
– Насколько сильно его… подготовить?
– Если будет упираться, можешь прострелить коленку. Если будет сильно упираться, прострелишь обе.
– Понял, шеф.
– А мы пока побеседуем с синьориной Монтанари в более подходящей обстановке, – криво ухмыльнулся Майк и шагнул к потайной двери. – Думаю, наш маленький питомец ее впечатлит…
– А вы где его взяли? – не вытерпел я. И глумливо хмыкнул: – Извини, перебил.
Агеластос нехорошо прищурился, но все же ответил:
– Фрэнки вывела. Нашла здесь, на базе, зародыш, и активировала.
– Интересное здесь местечко…
– Есть немного, – кивнул хозяин берлоги. Потом заткнул меня решительным жестом и продолжил прерванную мысль: – А если не впечатлит… Анхель, постарайся, чтобы клиент выглядел поживописнее.
– Хорошо, шеф.
Когда шкаф вернулся на свое законное место, прислушивавшийся к чему-то Анхель удовлетворенно улыбнулся, одарил меня многообещающим взглядом, а затем, не говоря худого слова, еще и проносным маваси в голову, от которого я кубарем скатился с кресла и распластался на полу – в который уже раз за последние минут десять. В голове зазвенело еще сильней, а из рассеченной левой брови закапала кровь – чертов Анхель начал выполнять обещание насчет «поживописнее». И ведь как ловко! Не ожидал я от такой тушки подобной прыти. М-мать! Как бы глаз не лишиться…
– Серджио, конечно, был идиот по жизни, – задумчиво хмыкнул Анхель, полюбовавшись результатом. – Но еще он был моим другом. Так что должок за тобой, парень. И на этот раз никаких «ничего личного». Тем более шеф разрешил.
– А слабо без ствола? – предпринял я последнюю попытку съехать на базаре.
– Да вообще не вопрос! – Анхель неспешно сунул пистолет в набедренную кобуру, не забыв поставить его на предохранитель, продемонстрировал пустые руки и велел: – Вставай!
Ч-черт! Похоже, он в себе уверен. Как бы в очередной раз не нарваться…
Что характерно, нарвался, только не я, а он – я подловил его на под-шаге, успев первым донести до его челюсти кросс через руку. Анхель рухнул на одно колено, рефлекторно закрывшись от моего пинка, а больше я ничего сделать не успел – реактивный клеврет невероятно быстро оправился от пропущенной плюхи и вскочил на ноги, прыжком разорвав дистанцию. Уж не знаю, я ли сплоховал, или Анхель оказался настолько крутым бойцом. Скорее, сыграли оба фактора. А потом рисунок боя кардинально изменился – Анхель, такое ощущение, врубил ускорение и обрушился на меня, показав неплохую боксерскую технику. Я едва успевал закрываться, принимая большинство ударов на блоки, а вот отмахиваться почти не получалось – первая, самая яростная, сшибка закончилась победой Анхеля с разгромным счетом по очкам: я достал его джебом, на который тот ответил двумя, и левым хуком, взамен пропустив такой же хук справа и два апперкота – в область печени и в челюсть. На мое счастье, оба вышли смазанными, но голова загудела еще сильнее, хотя, казалось бы, куда больше. Да и принятые на блоки удары сказались – одно дело блокировать перчатки, и совсем другое – голые кулаки. Оба предплечья завтра в сплошные синяки превратятся, однозначно.
