Мозг наконец сумел справиться с лавиной визуальных образов, и я понял,
– Эй, Бадди, ты чего? – охнул я, наткнувшись взглядом на пса.
Наш питомец выглядел откровенно встревоженным: глаза как блюдца, нос трепещет, шерсть на холке дыбом, и даже слюни не капают. Из груди рвется глухое ворчание – еле слышное, но пробирающее до костей. У меня аж холодок по спине пробежал. И взгляд – немигающий, зловещий, в сторону развалин. Мы их, кстати, по левому боку оставляли, когда шли.
– Мак, это нормально? – переключился я на более опытного товарища и прямо-таки оторопел: тот, не говоря худого слова, зыркнул на Бадди, и пес, будто только этого и ждал, рванул прямо вперед, как раз к обещанному не так давно Джошем распадку, перпендикулярно направлению взгляда.
– Дэн, твою маму, не тормози!!! Мистер Хорнетт, вас тоже касается!
Предельно коротко и отменно неясно. Однако же памятуя о разрекламированной неким Гленном Макдугалом способности Бадди чуять неприятности седалищным нервом, возражать я не стал и помчался следом за псом, взявшим с места нехилый старт. Старик-фермер чуть замешкался, но, впечатленный нашей прытью, потрусил следом, сразу же порядочно отстав.
– Мак?!
Тот на бегу отмахнулся, сосредоточенно всматриваясь под ноги, и я решил довериться напарникам – лучше уж быть взмыленным, как лошадь, нежели немножко мертвым. Или покалеченным. Встречаться с неведомой угрозой, особенно в свете недавно открывшихся фактов, мне совершенно не улыбалось. Очень уж живо Джош следы аномалии описал.
Хотя с чего я решил, что дело в аномалии? Может, Бадди почудилось что-нибудь, или этот, как его… горный барс поблизости ошивается, раздражает чувствительного пса запахом хищника. Вариантов множество. Просто не по чину мне игнорировать прямой приказ старшего по званию. А что? Мак реально старше по званию – нашивки мастера-рейнджера кроют стажера-аналитика с большим запасом… Ч-черт, куда это меня понесло? От страха соображать перестал, что ли?
Вообще-то и не начинал еще, если честно. Воспринимал полевой выход как интересное приключение, прикидывался валенком, периодически помогал Гленну в опросах пейзан и не отсвечивал. Ибо не фиг. А теперь чисто по инерции продолжил подчиняться без раздумий, чего за собой не припоминаю. Раньше однозначно такого не было. Даже тренер дядя Коля в свое время решил, что проще объяснить, почему нужно делать так-то и так-то, чем пытаться вбить напрямую в подкорку. Не действовали ни сотни отжиманий, ни бесконечные кроссы. А тут прямо идеальный боец, который есть «автомат, к винтовке приставленный». Не помню, чье высказывание, да и не важно. А что важно? Да о корень или камень какой не споткнуться. Бежать, следить за дыханием и ведущим. Да периодически оглядываться: как там Джош?
– Старик, не отставай!!! – рявкнул Мак, когда мы втянулись в распадок, и появилась возможность оценить обстановку.
Бадди все так же бодро перебирал кривыми лапами, не отклоняясь от прежнего курса, но скорость чуть сбавил, поворачивая жутковатую морду то в одну сторону, то в другую. А чуть позже и вовсе застыл на месте, вздернув ухо. Принюхался, рыкнул и вдруг рванул к склону, взбивая когтями землю и мелкий гравий. Не обращая внимания на пробуксовку, пес упорно рвался наверх и даже скулить принялся от избытка чувств.
– Мак?! Что делать?!
– За ним! Джош, твою маму!!! Ходу, ходу!
– С… сейчас!.. Уф!..
Давай, старик, давай! Хромай, плетись, только не останавливайся! Уж не знаю почему, но тихая паника пса наконец передалась и мне, так что я нетерпеливо пританцовывал рядом с Гленном, не решаясь оставить соратников – как невольного, так и боевого.
– Дэн, м-мать!.. Пошел!
– А ты?..
– Ходу, …!!! – выматерился Макдугал, сгреб меня за шкирку и коротким рывком придал оптимальную траекторию, наградив еще и нехилым пинком. – Бегом!!!
Чтоб тебя!!! Бадди, дружище, я иду! Не паникуй.
Как показал опыт, проще сказать, чем сделать. Склон мне дался куда тяжелее, нежели такому неуклюжему на первый взгляд псу. Мешала рыхлая почва, порядочно загаженная мелким гравием, на которой даже кусты едва держались. А под моим весом она и вовсе осыпа́лась, так что я практически топтался на месте. Отчаявшись выбраться из западни (и не важно, что природа опасности пока еще не известна), я рухнул на четвереньки и с удвоенной энергией заработал конечностями, где хватаясь за гибкие стебли, а где и просто с силой вонзая пальцы в землю. Б-больно, черт! Не казенные пальцы-то. Хоть и закаленные во времена оны.
