Осень ощущалась с меняющейся температурой, особенно по ночам. Хотя и не сказать, что я особо страдал от этого. Ведь после довольно неприятной ночи, наступало утро, а наставник всегда был строг и утренняя тренировка была довольно ужасной. Хотя это помогало мне прогреться, хоть как-то, но оставались подозрения на то, что я доиграюсь и смогу-таки чем-то заболеть, что однозначно: приговор. Заболеть в пути, в средневековье — удовольствие сомнительное. Но мои опасения были напрасны. Тело, в которое я попал, было невероятно здоровым и болезни обходили меня стороной. И мы шли к западному городу, без малого, почти две недели. Почему так долго, ведь у нас есть лошадь? Ну во-первых — это был кастрированный жеребец Сира Яна, мерин, как их тут называют. Во-вторых — это был боевой конь, годный больше для войны. В-третьих: нас было двое, а конь один. Мы могли только вести его.
Дорога, по которой мы путешествовали, выглядела ужасно. Она была именно протоптана разными экипажами, при этом её размыло осенними дождями. В итоге нам пришлось, в некоторых местах, буквально хлюпать по грязи. Проблемой мог бы стать и провиант, если бы Сир Ян не догадался не только закупить его в лагере, но ещё и самому охотится, при этом он учил охоте меня.
— Задержи дыхание, перед выстрелом, до этого — дыши ровно, — послышался голос наставника. Очередное обучение, в этот раз не ведению боя, а именно охоте и пользованию луком. Почему не арбалетом, хотя он у нас есть? А нафига? Пока ты его взведёшь — зайчик тысячу раз сбежит. А так — стрелу наложил на тетиву, прицелился и… Пуск… Стрела лишь по касательной попала в кролика, пройдя по его шкуре. — Эх, — даже слегка тяжко вздохнул Сир Ян. — Всё это приходит с практикой, оруженосец мой, но с твоей практикой: никаких стрел не напасёшься. Или ты считаешь, что у нас их много? — спросил он, глядя, как убегает зайчик. — Да, мы забираем их обратно, но они портятся, особенно если попадают в камень.
— Прошу меня простить, Сир Ян, — слегка поклонился я. — Стрельба из лука, видимо, не моё.
— Тем не менее — сей навык должен быть у тебя. Ты можешь быть Рыцарем, слабо сражающимся на Турнирах в конных сшибках, но если ты Рыцарь и не могущий добыть себе пропитание в лесах — то ты ужасный Рыцарь. Кто знает, как повернётся жизнь. Быть может знаний у меня не вдосталь, оруженосец, но повидал я многое, посему обязан ты стать лучше в стрельбе из лука.
— Я буду стараться… — тут наставник неожиданно осёкся и посмотрел наверх. Стволы огромных сосен упирались чуть ли не в сами небеса, которые спешно серели.
— Бог-Творец, — вздохнул Ян Дорап. — Нам следует укрыться. Дождь будет.
Он резко развернулся и пошёл к нашему лагерю. Я устремился за ним. Мы были в простой одежде, у каждого на поясе висело по мечу. За моей спиной находились ещё лук и стрелы. Остановились мы в маленьком овражке, скрытым от взора бесконечными, всё ещё зелёными кустиками.
— Ты слышишь это? — неожиданно остановился Ян Дорап, отчего я чуть не врезался в его спину.
Стоило нам только подойти к овражку, где был наш лагерь, как я услышал и увидел… Копошащихся в наших вещах людей. Разбойники? Вот только выглядят они как-то странно. Ни мечей, лишь вилы и у некоторых за спиной луки.
— Они лазают по нашим вещам, — отметил Сир Ян. — Восемь человек, — сосчитал он их.
Один из них — явно руководитель, сидел на своём, отдельном коне. Впрочем конём я бы назвал ту клячу с большой натяжкой. Кляча выглядела слабо, он был куда более худым, чем конь Сира Яна. Вот почему этот их кавалерист… Приглядывался к гнедому мерину Сира Яна. Остальные изучали наши пожитки, лазая по сумкам. Крестьяне с опаской смотрели на доспехи, особенно на доспех Сира Яна и мою бригантину.
— И ничего странного для этих мест. Графы, бароны, да герцоги не всегда правильно относятся к своим поданным, эти — явно беглые крестьяне. Посмотри на них.
И правда, если это беглые крестьяне, то это значит, что их довели. Но это ещё и так-же значит, что мы имеем преимущество. Какое? Эти мужички против настоящего Рыцаря и того, кто может стать Рыцарем — ничего не сделают. Они слабы и не обучены.
— Что будем делать, Сир Ян? — спросил я у него. — Их восемь, нас двое.
— Если навалятся все разом: можно и убить. Я слышал, что в Нордленде, Кхандарцы, что добывают альфандов, так и делают: нападают все разом.
— Мы для них альфанды?
— Как сражаться с Рыцарями для ополченца? Спешить и напасть сразу с нескольких сторон. Мы уже спешены, доспехи мы оставили в лагере, потому что они создают дополнительный шум при охоте. Неожиданное нападение… Мы ворвёмся в их порядок, будто необузданная река… Но максимум убить мы сможем человек пять в таком состоянии.
— И что делать? — спросил я у наставника.
— Это не по-Рыцарски, но когда не получается атаковать в лоб, следует сменить план. Нападём немного по-другому. Посмотри туда, — он указал на резкий обрыв, с оврага. — Просто так туда не забраться. Это место для лучника, стрелка, но хорошего стрелка. План прост. Я забираюсь на то место и, используя лук и стрелы, прикрываю тебя.
— А я…
