— Милорд, — послышался тихий голос Подрика Ренза. Парень будто искал меня. Дело было вечером, я занимался тем, что осваивал библиотеку Усадьбы Грандов, читая книгу о Царстве Джун, одном из вассалов Республики. То была огромная земля со своими бесконечными противоречиями и войнами. Из-за того, что в Царстве Джун постоянно шли войны с тех самых пор, как Нефритовая Династия пала — Республика смогла вассализировать эту страну, установив правление Золотой Династии… И даже после того, как их покорили — в Царстве Джун никто даже не думал объединяться против общего врага. Они усиленно мочили друг друга… Все эти две недели я занимался тренировками с сиром Яном, своим дядей, который помогал мне оттачивать мастерство фехтования. И даже общался с Подриком… Ну как общался. Из Ренза слова выдавить, хоть какие-то — то ещё испытание. Он спаррингуется — молчит. Он проигрывает — молчит. Даже женщин он приветствует лишь кивком головы. На ту же Розу обратили внимание многие. Красотка пленяла и некоторые прямо источали ей комплименты. А Подрик, который из аристократов Фловеррума, после меня и сира Яна виделся с Розой — больше всех ей и слова не сказал. Ренз будто не от мира сего, задумчив и тих. — Вас вызывает ваш дядя, — просто сообщил парень. — Идёмте.
Я вздохнул и закрыл том, подозвал слугу и кивнул на книгу. Мужчина тут же схватил её и отнёс к одному из шкафов, что был забит книгами и которые я мало-помалу читал. Язык тут, порой, просто ужас. Наконец мы вышли во двор, Усадьбы… Прямо по центру, перед входом в Усадьбу, была огромная толпа из стражников Грандов и слуг. Они расступились передо мной, едва заметив. Дядя возвышался над стоящим на коленях мужчиной, который принадлежал дому Гранд. Я прикрыл глаза, силясь вспомнить кто это, но никто на ум не приходил. Аллион выглядел куда более щуплым и вряд ли себе изменил. Тигион — наоборот толст. Гириор, мой дядя — погиб давно, как и дедушка Тигион…
— А вот и Люцион, — радостно возвестил дядя. — Вот видишь, как выглядит мой племянник, ничтожество. Это пятнадцатилетний парень, а не сколько там ему? — посмотрел он на Подрика.
— Девятнадцать, — сообщил оруженосец дяди.
— Девятнадцать, — Стерион ударил тыльной стороной руки по лицу мужчины. Пусть он был сейчас в дублете, а не латах и удар был не латной перчаткой, шлепок от него был слышан, казалось, на половину столицы. Мужчина рухнул наземь.
— Он пытался выдать себя за меня? — спросил я у дяди.
— Верно! С тех пор, как покинул мой дражайший племянник территорию Фловеррума — мы начали вас искать. И находили множество разных бастардов, — буквально выплюнул слово сир Стерион, — и их потомков — выдавали себя за Люциона Гранда. Ты знаешь много, — посмотрел он на мужчину. — Но неужели ты считал, что меня так просто обмануть?
— П… П… простите! — взмолился мужчина в алом кафтане. — Мне… Мне деньги нужны! Мой сын болеет…
— Ложь! — припечатал сир Стерион. — Нет у тебя сына. Висячик, — произнёс он. — Кто я по твоему такой? Я всё выяснил о тебе за какую-то неделю, — а ведь мне даже не сообщил. — У тебя даже на Богиню Альтану с Империи Кхандр не встанет! И Гея, что с Пантеона Альдарала, что описана, как прекраснейшая из женщин — семени от тебя не получит. Ты же по мужчинам, ничтожество. Ты солгал мне, Стериону Гранду. Солгал неоднократно и пытался выдать себя за моего племянника, — дядя просто подошёл к мужчине и поднял его… Да уж, сила невероятная. А далее была самая неожиданная казнь. Дядя протащил мужчину к фонтану и просто опустил его голову в воду. Стерион Гранд просто игнорировал все попытки лжеца вырваться, топя его в воде, пока наконец — мужчина не захлебнулся и Стерион просто отбросил его… — Уберите сии отходы отсюда, — потребовал он и слуги ринулись исполнять, куда-то понеся труп. Толпа начала расходиться. — О, Люцион. Знал бы ты скольких я убил, что выдавали себя за тебя.
— А меня ты так же проверял, дядя? — спросил я у Стериона.
— Разумеется, — кивнул дядя. — И надеюсь, ты не будешь возмущаться, племянник мой, — дядя вновь обнял. — В нашем мире — верить тебе надлежит лишь Грифоньим глазам, племянник мой. Я могу заверить тебя, что всегда буду на твоей стороне, всегда буду помогать тебе, но солгу… Ибо я умру… Когда-нибудь — настанет мой час, — его правая рука мокрая от той воды. — Посему верь лишь себе… И научись чувствовать ложь… Не так уж и трудно, как может показаться. Идём, племянник, — дядя перестал меня обнимать и хлопнул по спине, отчего я еле отплевался. — Скоро ужин… Расскажу тебе парочку историй бастардов глупых и как я раскрыл их глупость…
