На красивом лице девушки были заметны слёзы. Ну то, что она могла не желать соития — в этом ничего удивительного. Если бы она просто не желала соития и была бы простой дамой, служанкой без прикрытия со стороны брата Короля — я бы проигнорировал сей случай. Всё же — такие изнасилования в нашем обществе — норма. Чувства простолюдинов не волнует господ… А сражаться с подобным, не имея власти — почти невозможно. Хотя, следует признать, что такое насилие для меня отвратительно.
— Клянусь своими предками! Я говорю истину, милорд Люцион!
— Да я, как бы, вам больше верю, — сообщил я барону, подойдя к кровати. — Тигион, это приказ. Слезь с неё!
— Да я… — начал было он, но натолкнулся на мои глаза, к которым тонким ручейком начала стекаться Ки. Глаза вспыхнули красным и Тигион оторопел. Никакого гипноза у меня отродясь в глазах не было, но использовать их для устрашения… Даже если бы Тигион знал про «Грифоний Взор» нашего рода, то он, как не обладающий магией, всё равно бы испугался. И он испугался… Он откинулся назад, а после быстро спрыгнул с постели, с противоположной, от моей стороны.
— Всё хорошо, — прекратил я «страшить взглядом». Я бросил взгляд на рубище, в которое превратил Тигион одежду Лии. Она действительно выделялась… И выделение было в том, что девушки-служанки, которых я видел по пути в своих покоях — ходили в обычных платьях, порой штопанных и перештопанных, передниках и обычных ботах. А вот она была одета в нечто, что напоминала униформу горничной. Тёмная одежда с платьем, чуть выше колена. Немного непристойный наряд. На ногах были заметны чёрные чулки, тоже порванные… Притом, так как платье было чуток выше колена — чулки должны были быть видны взору постоянно. Понятно… Этот идиот заметил уникальную служанку и, естественно, захотел её оприходовать. А Мейдон Флауэрс… Фут-фетешист? Кажется так называется отклонение, если учесть примерную длину платья и её одежду… С другой стороны — нахрена мне эта информация. — Я куплю вам, Лия новый комплект одежды, — сплошные траты, задолбало. У меня так от моего довольствия, что скопилось за это время ни гроша не останется. — И даже согласен заплатить вам за ущерб вашему разуму, — я подал девушке руку, но она отбила её. Независимая…
— Хмф, — фыркнула она. — Вы пришли поздновато, — отметила она. — Но спасибо, что вытащили меня из-под этого ничтожества.
— Своенравная блядь! — вспыхнул Тигиона. — Ты хоть знаешь с кем говоришь?
— С ничтожеством, которому повезло родиться Грандом! — взъярилась она. — Родись ты у нас, в трущобах — давно бы лежал с вытекшими кишками за свой язык! Скажи спасибо, что Мейдон не может тебя выпотрошить за твою наглость! Ведь ты даже меч поднять не будешь способен, за тебя брат вступится.
— … — Тигион молча уставился на меня.
— Свою помощь пришлёте позже, — она резко встала и на негнущихся ногах, как смогла прикрывшись, даже не взяв плащ со стороны барона, удалилась.
— У меня возникли вопросы к наклонностям сира Мейдона, — тихо произнёс я.
— Поверьте, их лучше не задавать, — донеслось от Ерила. — Целее будете. Последнего, кто их задал, а после ещё и додумался смеяться над сиром Мейдена — он медленно потрошил.
— Ладно, не буду, — вздохнул я. — Теперь извините, мне надо поговорить с братом, наедине.
Ерил, Лихт Реген, который молчал всю сцену и тоже, к слову, предлагал свой плащ Лие, покинули помещение.
— Ну, — повернулся я к начавшему одеваться Тигиону. — Что, во имя наших предков, ты творишь? — резко спросил я. — Хватаешь любимую служанку брата Короля.
— Да говорю тебе! Ты идиот, если считаешь, что это служанка, а не просто блядь и проститутка!
— Открой глаза, дебил! — не выдержал я. — Ты же подымался на второй этаж со мной! Мог заметить, осёл, что она выглядит не так, как обычные служанки, а значит она тут на особых условиях. Ты не смог сложить два и два? — что за адская вагина производит таких дегенератов? — Это первый признак уникальности этой женщины… А после — Ерил тебе пояснил в чём её уникальность… За тебя вступаться, как же! — я подошёл к Тигиону. — А достоин ли ты того, чтобы я бросал за тебя вызов сильнейшему мечнику Королевства? — резко спросил у Тигиона. Сильнейшим именно мечником считался Мейдон Флауэрс. А сильнейшим воином — Эрвальд Блэкмон. В чём разница? Эрвальд пользуется, как я слышал — огромным, двулезвийным топором, а Мейдон — орудует мечом.
— От… отец будет з… зол, если ты не будешь мне помогать!
— Да, — согласился я. — Но твоему трупу, ведь, будет всё равно, не так ли, братец? Что будет отец зол, или нет — ты-то уже будешь убит кем-нибудь на дуэли… Или ты считаешь, что Лихт Реген за тебя вступится? А сможет ли он сразиться с тем же, Мейдоном?
— Лихт владеет магией! — произнёс Тигион. — Он сильнее обычного человека!
