— Украденное оружие настроено на вас двоих, и им никто не сможет воспользоваться, а у меня по–прежнему большие возможности по вашей защите, — сказал Дей. — Со слугами вас всего четверо, а такое количество людей я могу защитить от чего угодно.
— Это в пути, — возразил я, — а в жизни бывает всякое. Закончили этот разговор. Побудешь в комнате до утра, а когда прибудет карета, завернешь тело в плащ и положишь на сидение. Выбросим где–нибудь по дороге.
Мы вернулись к дверям своей комнаты, и я взялся осматривать замок. Он был сломан, поэтому запереться можно было только изнутри на засов.
— Не будем расстраивать Нугера, — сказал я, пропуская жену в комнату. — Когда пойдем на завтрак, оставим здесь Дея, а потом пусть ремонтируют. Крепко же ты спала, если не услышала того, как ковыряются в замке. Такое без шума не сделаешь.
— Я всегда так сплю после любви, — смущенно отозвалась она. — Сар, ты сильно на меня сердишься? Сначала одна трубка, теперь вторая, да еще половина нашего жемчуга — и во всем виновата я!
— Я сержусь не на тебя, а на то, что мы так мало всего взяли, — ответил я. — Могли взять и тысячу жемчужин, и запасное оружие. Ладно, с защитником это не очень страшно, да и жемчуга осталось много. Давай отвлечемся от этих мыслей. Когда я занимался магией, были неясности, а ты спала. Давай их разберем. Магия для нас — это тоже оружие, поэтому мне нужно быстрей ее освоить. Да и ты, наверное, многое еще не пробовала. Вот и займись.
Мы тренировались до самого сна. Хоть я и утешал жену, но у самого было паршивой настроение, поэтому ночью обошлись без любви.
Утром я приказал защитнику отнести тело морша в нашу комнату и ждать там, пока мы не позавтракаем. В застольной уже сидели Сажи, и я коротко рассказал им о вчерашних событиях. Когда поели, Бар вышел из заведения посмотреть, прибыла ли карета.
— Стоит у крыльца, — доложил он, вернувшись. — Она на девять человек, так что теперь будет просторно. Сейчас жена отнесет сумки, а я пойду в конюшню за лошадьми.
Я расплатился с Нугером и под руку с Лерой пошел к выходу. Толстяк со страхом посмотрел на выносившего тело Дея, но промолчал. Подождали принесшую последние сумки Стелу, и я приказал трогать. Двух лошадей привязали к карете, а на третьей ехал недовольный этим защитник.
Кучером был молодой парень по имени Нурс, которого Бар соблазнил высокой платой и тем, что ему отдадут карету, когда приедем в Ортагар. Видимо, его ничего не держало в Лару. Он напевал себе что–то под нос и время от времени щелкал кнутом, не трогая им лошадей. Когда я за городом открыл дверцу и выбросил завернутый в плащ труп, кучер даже не обернулся, поэтому обошлись без магии.
Больше в пути не произошло ничего примечательного, и на третий день мы приехали в столицу королевства. Когда ночевали в последнем трактире, у меня состоялся разговор со слугами.
— Вас могут допросить, — сказал я обоим. — Запомните накрепко, что мы уехали из Неру сразу же, как только узнали о разгроме армии Дашнара. Все время гнали лошадей и успели до бури добраться до Актанара. Воспользовались гостеприимством зака Барка из рода Крезов, а перед катастрофой вместе с ним спустились в подвал смотреть вина. Вас взяли с собой, поэтому все уцелели, когда разрушился замок. Несколько дней откапывались, а потом ушли по тракту в Заградор. Все остальное — это путешествие по лесам и степи. Кочевников встретили один раз и обошлись без драки. У них же выкупили моршей, которые потом от нас сбежали. Не было никаких гор, полетов на птице и оружия бога! Да, Дея мы встретили в степи.
Я заранее дал Нурсу серебро, чтобы он расплатился со стражей за въезд, поэтому нам не пришлось выходить из кареты. Ехали в уже знакомый по прошлому посещению столицы гостевой дом «Самый лучший». Кучер не знал дороги, поэтому ее пришлось несколько раз спрашивать у прохожих.
— Нас никто не встретил, — сказала жена. — Зря ты беспокоился о гонцах.
— Или не трогают, потому что и так едем туда, куда нужно, — отозвался я. — Теперь это уже не имеет значения.
Карета въехала на знакомую площадь, и я, приоткрыв дверцу, показал Нурсу, куда править. Оставив его пристраивать экипаж, а Бара — отводить лошадей в конюшню, мы вошли в заведение. Стела несла свои сумки, а нашими нагрузили Дея. Хозяин меня не узнал.
— Вам сколько комнат? — спросил он, обращаясь сразу ко всем. — Учтите, что в столице высокие цены.
На нас была обычная дорожная одежда из кожи без какой–либо роскоши, а свой знак я спрятал, так что хозяин не мог определить наш статус, а в таком случае даже обвешанный сумками человек — это необязательно слуга.
— Комнату мне и моей жене, — ответил я, — и еще одну комнату на троих. Пока остановимся у вас до завтра, а там посмотрим. Может быть, и задержимся. И прикажите подать обед!
— Что ты думаешь делать? — спросила жена. — Ждать?
