— Пуговицы это лучше, чем многое другое, что часто летело в воздухе в мою сторону. — Он допил чашку и поднялся на ноги. — Возможно, этим вечером, когда мы вернемся, я рискну с жилетом мистера Дженкинса. Риск — дело благородное.
Пороховой завод в Августе размещался рядом с каналом, в четверти мили к западу от реки Саванна. Дорога шла мимо подземных пороховых бункеров, разделенных друг от друга толстыми кирпичными заграждениями.
— На крышах хранилищ обшивка из жести? — спросил Ли.
— Из цинка, — ответил Рэйнс. — Его легче оказалось найти в то время. Не дожидаясь появления олова, я строил из того, что имел. И таким же образом я поступал всю войну, если хотел чего-то добиться. Фараон заставил израильтян делать кирпичи без соломы. Оглядываясь на все мои ухищрения здесь, я иногда думаю, что мог бы сделать кирпичи без глины.
Охрана хранилищ состояла из молодых солдат. Более усиленно охранялось большое деревянное здание, где находился пороховой завод. Когда часовые увидели, Роберта Ли, вся их военная дисциплина улетела прочь. Полковник Рэйнс сухо кашлянул.
— Все они мечтают быть такими же смелыми в бою, как вы, генерал. Жизнь солдата вдали от рева пушек лишена военной романтики.
Ли, разумеется, понял, что Рэйнс говорил не только о своих людей, но и о себе самом. Возвысив голос, чтобы молодые парни из Джорджии могли слышать его вместе с их командиром, он сказал: — Без вашего труда, полковник, и без вашего гарнизона, рев пушек на поле боя никогда бы не прозвучал.
И уже тише, спросил: — Сколько пороха вы производите для Конфедерации здесь, в Августе?
— Чуть более двух миллионов фунтов, — ответил Рэйнс. — Из этого числа около трех четвертей было отправлено на север, в Ричмонд, для армии Северной Вирджинии. Остальное досталось большим пушкам в укреплениях вокруг Чарльстона, Уилмингтона, и Мобайла. Так много ушло на север, потому что ваша пехота и кавалерия не сразу перешли на эти новомодные АК-47.
— Вот-вот, — сказал Ли. — Это перевооружение, и его последствия — главная причина, по которой я прибыл в Августу.
— Да-да, вы намекнули об этом в вашей телеграмме из Луисвилля.
Всадник в военной форме подскакал рысью к пороховому заводу.
— А, хорошо, — сказал Рэйнс. — Вот и капитан Боб Финни, начальник арсенала, расположенного в паре миль за городом. Он отвечает за производство боеприпасов для стрелкового оружия, капсюлей, и другой такой военной продукции. Теперь мы уже вдвоем вывалим на вас ошеломляющее количество нашего невежества.
Финни прибыл вовремя, чтобы услышать это последнее замечание. Это был веселый, красивый, круглолицый человек, лет двадцати пяти с густой рыжеватой бородой, как у федерального генерала Шермана.
— Да, действительно, генерал Ли, если вам нужно невежество, то вы пришли в нужное место, — весело подхватил он, спешившись.
— Мы накопили его больше, чем боеприпасов в эти дни, на самом деле. — Рэйнс улыбнулся, подхватывая тон капитана. — Если вы, джентльмены, пройдете в мой кабинет, — он показал на маленький домик рядом с пороховой мельницей — то мы воочию увидим, как много невежества мы сможем произвести сегодня.
Один из стульев в ветхом кабинете отличался от трех других, и Ли догадался, что Рэйнс взял его откуда-то специально для этой встречи. Чарльз Маршалл сказал: — Полковник, разве работать рядом с местом, где производится так много пороха, не тревожит вашу мысль?
— Нисколько, майор, — сразу ответил Рэйнс. — За пятнадцать часов в день мы можем изготовить около десяти тысяч фунтов. Если вдруг по какой-то причине все это взлетит на воздух, то я окажусь на небе прежде, чем успею заметить взрыв. Поэтому, что тут беспокоиться?
— Ставя вопрос таким образом, действительно, нечего, я полагаю, — признал Маршалл. Тем не менее, он кинул выразительный взгляд из окна в сторону порохового завода.
— Давайте перейдем к делу, — сказал Рэйнс. — Генерал, как я понял из вашей телеграммы и из переписки, которую я имею с полковником Горгасом в Ричмонде, вы знаете, что вещество, которое выбрасывает пулю из патрона у АК-47, собственно говоря, не обычный порох вообще.
— Да, я знаю это, — сказал Ли, вспоминая крошечные цилиндрические зерна пороха, что Горгас показал ему в оружейной палате Конфедерации более чем за год до этого. — Я решил заехать сюда, прежде чем вернуться в столицу, по двум причинам: во-первых, какого прогресса вы добились в дублировании этого пороха, и, во-вторых, если у вас затруднения с этим, чтобы выяснить, можно ли такие патроны перезаряжать порохом и пулями собственного производства.
— Капитан Финни и я занимались этими исследованиями параллельно, — сказал Рэйнс. — Если позволите, я бы предпочел, чтобы он сначала ответил на ваш второй вопрос, так как его результаты менее проблематичны, чем мои.
— Конечно, как вам наиболее удобно. — Ли повернулся к Финни. — Капитан?
