Я лёг безмовно ниц на спелую траву,Разглядывая сквозь стекло обэриуНебес высоких даль и счастья синеву.Не ведал, представляешь, мёд иль яд,И был не трезв, но не был пьян.Но.Меня не проведёшь.Как-будто Инь вцепилось в Ян,И, вырвав прошлого изъян,В истошном ворохе борьбыВо рту застыл глоток судьбы.Глаза восторгом обнеслоИ понесло, и понесло…Моё сознание вросло,Себя не помня и любя,По пояс в краснное стекло.По горло в звёздный серпантин.Там демон, Врубелем любим,Пустился в пляс,Трясясь, смеясь,И рухнул в бархатную грязь.Откуда мигом вздыбил рукПрозрачных розовые кистиПечальный облик бытия,Узорным пламенем горя,Вопя невынужденно: «Пля!»И звуки скомканного твиста,Простынкой мокрою повиснув,Смолкли.Века спустя на виражеВ тоски косматом куражеБольной вскричал про неизбежностьШершавой истины. ПокойникСобрав в кулак тоску и нежность,Потряс Пандоры рукомойник,И опрокинул среди дняЯнварский полдень на себя.Подлец! Счастливчик. Неумеха.А кот в малиновых трусах,Как чОрт на алых парусах,Не для печали, не для смехаВ рассвет полуночный уехал.Там, в бессердечной тишине,Как будто в омуте, на дне,Мальвина в белом из ветвейВскричала сладко: «Не жалей!Печаль не более горька,Чем тень на пенке молока».И я поверил. Знал, что котМеня в ответ не подведёт.Ведь нет материи прочней,Чем жизнь.А каши не сварить из топора.Судьбу не обману.Уверенность уселась на волну,ОдновременноПогоняя…Тревожа сон и темноту,Текла и пенилась по венамТаинственная вязь обэриу.Я, падаяя в неё,Как в пустоту,Кричал себе — расту, расту…<p>ДУРДОМ</p>Должно быть, солнце ласково светило,Таким же ясным, жарким был январьИ в Меловой злопамятный период,Дожди на грядки плакались ретиво,А лужи проливались через край.Зима, полна тепла и наслажденья,Покой дарила, нежность и уют.Речушками журчала с умиленьем,Баюкала капелью колыбельной,Казалось, завтра пальмы расцветут.Каким оно случится, это завтра?Мне кажется, не ведая о том,На градусник глядели динозавры,Шептали: «Не. Не может быть. Не правда!Вздыхая с сожалением: «Дурдом».<p>ОЙКУМЕНА</p>Зимний день валяется в постели.Сумрачный. Хозяюшка метельМолча вяжет веткам старых елейВарежки из ветреных петель.Вдаль бежит усталая дорогаНитью голубого серебра,Бережно сшивая понемногуКромки ледяного полотна.Лёг на землю тихо и печальноСон безмолвный, словно оберег.Сделав вид, как будто бы случайно,Время останавливает бег.Тих пейзаж замёрзшей Ойкумены.Занавесом плотным забытьяВышитые снегом гобеленыПадают на сцену бытия.<p>НЕРАЗБЕРИХА</p>
