Имеющий славу школьного хулигана Себастьян Моран даже и не предполагал, что этой аномально жаркой осенью его жизнь может настолько измениться, пока не появился новый ученик.
========== Часть 1 ==========
Осень только вступала в свои права, и зеленый цвет улиц еще не успел превратиться в желтовато-красный, который был более типичен для Англии. Солнце светило совершенно по-летнему, заставляя искать защиты в кепках с козырьком или солнечных очках. Но к великому сожалению для всех, кто еще был вынужден продолжать обязательную учебу, яркие краски никак не помогали смириться с фактом начала нового учебного года. Лето отступало, забирая с собой беспечность и ощущение эйфории от бесконечной свободы, длившейся последние два месяца. Взрослые с облегчением вздыхали, надеясь, что теперь, когда их дети будут хотя бы часть дня заняты чем-то полезным, времени на разнообразные хулиганства у них останется намного меньше. Как это ни странно, с наступлением зрелости, люди обычно забывают, каково это – когда тебе восемнадцать, а вся жизнь кажется широкой дорогой из желтого кирпича, приводящей к обязательному счастливому завершению всех историй.
Торопливо сделав последнюю затяжку, Себастьян небрежно потушил сигарету о кирпич, выступающий из стены здания школы. Подняв воротник видавшей виды кожаной куртки, он направился к парню, вышедшему из огромных дверей главного входа. Как только Виктор заметил приближение лучшего друга, тут же сменил презрительную гримасу на улыбку и громко поинтересовался, заставив нервно оглянуться стайку детей, проходящих в паре метров от них.
- Давно ждешь?
- Минут пятнадцать, - пожал плечами Моран.
Себастьян и Виктор проводили все свободное время вместе с того самого момента, когда они столкнулись в коридоре школы, полные решимости проверить собственные способности к драке на кулаках, не поделив внимание одной и той же дамы. Даме, их ровеснице, тугие косички которой, с вплетенными в них розовыми лентами, были похожи на антенны любопытного насекомого, очень льстил и этот интерес, и этот поединок, что выражалось в том, что она одинаково радостно приветствовала обоих, стараясь не отдавать явного предпочтения кому-то одному из ухажеров. Имени девочки история не сохранила, а вот мальчишки, выдав друг другу по тумаку, выяснили, что оба являются фанатами мотоциклов, считают «Призрачного гонщика» лучшим существующим героем комиксов и, к тому же, живут на соседних улицах, что немедленно положило начало их крепкой дружбе. Из-за девчонок они больше ни разу не спорили, порешив использовать право первого взгляда – кто первым увидел, тот и забирал. Метод простой, но действенный.
Их похожесть удивляла даже их собственных родителей – оба высокие, поджарые, увлеченные «движками», бредящие гонками, у обоих на стенах комнат висели плакаты. У Себастьяна – Михаэль Шумахер, у Виктора – Мика Хаккинен. Даже одежду они носили одну и ту же, часто одалживая друг у друга. Темперамент был единственным, что их отличало – при всей внешней флегматичности и невозмутимости, характер Себастьяна был куда как взрывоопаснее, чем у друга, а самообладание – неустойчивее. Закономерным было то, что именно Себастьяну принадлежала сомнительная честь быть заводилой во всех проказах и мелких шалостях, поначалу считавшихся у их родителей естественной стадией взросления. Когда подростки решили сколотить банду, подражая многочисленным просмотренным гангстерским фильмам, оказалось, что уже поздно пытаться что-то изменить, а любое противодействие будоражило их неокрепшие умы еще больше, заставляя совершать все более серьезные правонарушения.
Что естественно, оба друга были счастливыми обладателями мотоциклов, практически целиком собранных из металлолома, купленного в ближайшем крупном городке на старательно накопленные деньги. Отличительной особенностью «ручных зверей» был дикий рев, который не только пугал окрестных жителей, но и был слышен за многие мили.
Себастьян, небрежно вынув изо рта зубочистку, затемнил свои прожигающие насквозь зеленые глаза любимыми очками-авиаторами, натянул на руки перчатки и ухмыльнулся, глядя на Виктора, подставившего лицо солнцу и греющегося на нем, словно объевшийся кот.
- Погнали?
Директор школы, подошедшая к окну, оказалась невольной свидетельницей того, как парни, крича и улюлюкая, скрылись за углом здания. Женщина устало потерла глаза, напоминая себе, что этот совершенно выматывающий день еще не закончился, а напротив, становится все хуже и хуже, задернула занавески и прошла вглубь кабинета.
- Мистер Мориарти, – мужчина в безукоризненном костюме задумчиво склонил голову, его холодные глаза внимательно изучили почти спартанскую обстановку и остановились на женщине, неловко оправляющей пиджак. – Почему вы решили просить о переводе Джеймса именно в нашу школу? – худенький подросток отвлекся от созерцания чего-то исключительной важности, расположенного на потолке, и одарил ее взглядом, полным ледяного презрения. Выражение, которое ожидаешь увидеть на лицах пресыщенных жизнью и богатством людей, а никак не на почти детском личике с огромными карими глазами.
