— Это не гончие Дикой Охоты. Их слышно.
И убивают они иначе, но об этом Рэй говорить не стала.
— Мне должно это что-то сказать? — отозвался О’Ши.
— Да. Что проблем могло быть больше.
— Куда уж больше, — Ник поежился, поднял воротник куртки в надежде защититься от ветра.
— Почти любую тварь с Другой стороны было бы слышно, — задумчиво добавила Рэй. — С Этой тоже, кстати. И туман…
Она то и дело ловила на себе быстрые чужие взгляды. Ну еще бы, какая-то непонятная тетка бродит по месту преступления, и под курткой у нее отчетливо можно угадать очертания кобуры.
Чувство опасности, странный маячок в голове Рэй, безошибочное чутье молчало. Что бы ни приходило сюда, оно ушло, оставив после себя только призрачный свет прожекторов и длинные тени полицейских.
— Из меня хреновый криминалист, — Рэй устало потерла переносицу. — Это существо может быть с Другой стороны. Я осмотрюсь потом здесь сама, когда вокруг не будет всей этой толпы бравых парней. А в небе будет солнце. Того первого парня ведь тоже загрызли ночью?
— Угу. Какого хрена я перевелся в этот отдел, а? — проворчал Ник О’Ши. — Хочешь посмотреть, где его нашли?
— Валяй, — Рэй пожала плечами. Идти ей не хотелось совершенно.
Детектив повел Керринджер к краю огражденной площадки и даже придержал ленту у нее над головой. Потом они попетляли между каким-то неопрятными хибарами, и неожиданно для Рэй перед ними оказалась Лох-Тара. Мелкие волны набегали на галечный берег, слева торчали темной громадой причалы. О’Ши ткнул туда пальцем.
— Вот там его нашли, возле воды.
Он помолчал, потом проговорил осторожно:
— Раз мы тут про всякую чертовщину, может, его что-то из воды загрызло?
Рэй задумчиво взъерошила волосы. Пнула носком тяжелого ботинка камешек. Он с плеском ушел в воду.
— Возле того, второго, только лужи крови. Воды нет. Если бы что-то вылезло из воды, с него бы капало, правда?
— Наверное, — О’Ши растер замерзшие руки, сунул их в карманы. — Если бы мы имели дело с чем-то обычным.
— А кроме того, водяные существа предпочитают топить, а не жрать, — задумчиво продолжила Керринджер. — Есть фотографии этого первого? Хочу глянуть.
— В офисе, — откликнулся детектив.
— Покажешь. Подвези меня куда-нибудь ближе к дому. Я тебе не ищейка, по запаху эту тварь не найду. Кстати о запахе. Что собаки?
— Ничего, — невесело хмыкнул Ник. — Полицейские собаки отказываются брать след. Скулят и воют. Поехали, покажу тебе веселые картинки.
Возле машин и ленты ограждения все оставалось по-прежнему, только рядом с полицейскими болтался старик в потрепанном дождевике. Нечесаная борода старила его и придавал уж совсем древний вид.
— Говорю вам, — голос старика дребезжал, — это жатва. Осенняя жатва, древняя жатва…
При приближении О’Ши и Керринджер он осекся. Смерил Рэй тяжелым взглядом почти невидимых под нависшими бровями глаз, развернулся и зашагал прочь. О’Ши небрежно салютовал мерзнущему патрульному и торопливо полез в машину. Салон служебного авто и самой Керринджер сейчас показался удивительно уютным и безопасным местом.
— Что ты хочешь от фотографий? — детектив включил печку, и Рэй обдало потоком теплого воздуха.
— Возьму у тебя пару, покажу отцу, — она пожала плечами. — А он старикам, с которыми пьет пиво каждую среду и пятницу.
— Что за старики? — О’Ши подобрался.
— Старые охотники. Они моего отца до сих пор называют «парнишкой Биллом». Тебе они ничего не скажут, мне тоже, а у него может получиться.
— Почему это не скажут? — спросил детектив без особого, впрочем, энтузиазма.
— Потому что таким соплякам, как мы с тобой, не положено рассказывать про всякие опасные штуки, — рассмеялась Рэй. Чем дальше они уезжали от берега, тем легче ей становилось. Вид выпотрошенного человеческого тела подействовал на нее сильнее, чем Керриджер хотелось бы. — Проклятье! Знаешь, я все-таки охотник на фей, а не мясник с двадцатилетним стажем.
— Ты наговариваешь на мясников, — машина выбралась из тесных улиц рыбацкого квартала, и О’Ши прибавил газу. — Они милые люди, не поднимающие руку на ближнего. В большинстве своем.
В полицейском управлении детектив занимал маленький, донельзя захламленный кабинет в конце коридора. Ник О’Ши и его напарник теснились среди шкафов с папками, огртехники, картонных стаканчиков от кофе, пакетов от фастфуда и еще какого-то неописуемого мусора. Рэй стряхнула со стула пустую банку от безалкогольного пива и коробку от обуви и села. О’Ши взгромоздился за своим столом. Разворошил кучу бумаг, выудил из нее две мутные черно-белые распечатки, сунул их Рэй:
— Вот, любуйся.
— Ничего не разобрать, — она вздохнула. — И на телефон не пойдет, отцовские дружки хреновы консерваторы.
— Ты злая, жестокая женщина, — О’Ши закатил глаза. — Нормально я смогу распечатать тебе эти потроха только из приемной.
Тем не менее, детектив начал подниматься из-за стола. Дело это было рискованным, потому что каждое его неосторожное движение грозило вызвать бумажную лавину.
