Пока размышляла, мобильник заблокировался. Она машинально разблокировала телефон и написала Демиду: “Спасибо. Его номер у меня есть”. Ответ последовал незамедлительно: “Лады тогда”. И, только получив ответ, внезапно суеверно подумала: “А если не надо было вообще отвечать? Ведь телефон потух не зря. Вдруг это предупреждение? Но о чём? Я ведь ответила… нейтрально?”
Минуту спустя она обругала себя дурой. Суеверий ей не хватает!
Ещё через минуту она читала эсэмэску с незнакомого номера: “Демид сказал - тебе нужна лекция. Лови!” И пошли одна за другой страницы - причём не рукописные, а печатные! Округлёнными глазами Таня смотрела на это безобразие, пыталась считать странички, но сбилась на тридцать какой-то… А закончился поток снимков фотографией Дамира - с ехидной ухмылочкой!! Наверное, представил, что бы почувствовал Ярослав, узнав о такой подставе?!
Стараясь определиться, что она чувствует, Таня неожиданно для себя ощутила, что звереет. Они там точно с ума посходили?! Каждый раз из-за одного объекта спорят или соревнуются? Ну нет! Если она намеревалась демонстративно ходить с Никитой под ручку, чтобы только не приставали, теперь она сделает всё, чтобы Никита сопровождал её до конца учёбы в этом чёртовом Аккиме! Чтобы тем - обоим обломилось! Ишь, сделали из неё игрушку! Нет, за лекцию она, конечно же, Дамира поблагодарит, но так, чтобы он понял: с нею не играют! И вообще - не до игр ей!
Таня сопнула носом и кивнула. Да, она станет охотницей. Да, она расскажет всё, что хочет знать Назарий. В её жизни должна быть определённость - и она будет! И никто не сможет сделать её объектом-призом!
И только на кухне сумела слабо улыбнуться самой себе. Ну и развоевалась…
Восьмая глава
Действуя строго по инструкции Демида, Таня через час поменяла двойняшкам полотенца, убрав первые - с травой, чья сила, как объяснял колдун-целитель, уже отдана детям. Новые полотенца, пропитанные только что приготовленным отваром, девушка предусмотрительно положила на включенную масляную батарею, которой обычно отапливала спальню. И лишь потом закутала в них сонных медвежат, которые хоть и ворчали: “Колется!”, но дремота легко сводила на нет всё их недовольство.
А потом они проснулись! Полностью! Сбросив обёртывание, встали всё ещё горячие от температуры, но готовые к привычному бешеному движению. Таня надбавила им бодрости, заставив поесть куриного бульона, сваренного к их пробуждению. А на сладкое двойняшки получили довольно странный чай, чей вкус был замаскирован щедрой порцией мёда.
Играть пришлось вместе с ними, иначе за считаные минуты малышня разнесла весь всю квартиру по кирпичику. Ещё бы! В кои-то веки родителей дома нет, а впереди целый день без детсадовского расписания! Гуляй, писклявая вольница! Да здравствуют кресла и диваны, по которым так здорово скакать и с которых можно спрыгивать с воинственным воплем, изображая то ли дикарей, то ли удравших из ненавистной клетки зверёнышей!
Правда, разбушевавшиеся медвежата не учли одного нюанса: желание-то действовать есть, а вот сил оказалось предательски маловато. Получаса не прошло, как оба без возражений выдули по чашке нового чая и свалились спать прямо на ковёр, пока Таня относила опустевшую посуду на кухню. Вернулась, полюбовалась спящими и быстро перетаскала обоих в спальню. Сама разгорячённая беготнёй по комнатам (чтобы медвежата не порушили любимые вазы Глории, расставленные в гостиной и в кухне), Таня снова пробежалась по комнатам, возвращая им первозданный вид опрятных и ухоженных, после чего заглянула в спальню. Надо ждать прихода врача. А значит, надо быстро простирнуть использованные полотенца и засесть в спальне, чтобы следить за двойняшками и читать лекции, присланные этим нахалом Дамиром, а заодно и вникнуть в них. Жизненно необходимо разобраться в том, что она знала лишь поверхностно, пока вслепую пыталась драться с представителями подпространства.
Ещё раз поправив одеяла на дрыхнущих малолетних хулиганах, она шагнула к двери, чтобы и себе приготовить на кухне чай…
За спиной будто холодком повеяло. Замерев глазами на полуоткрытой двери, Таня внезапно ощутила, что в спальне стало пусто. Нет, не просто исчезли медвежата. Пропала вся мебель. За спиной хмурилась прохладная пустота голых стен, а по полу сквозняк лениво передвигал какой-то клочок бумажки… Она торопливо облизала губы и только хотела обернуться, как отчётливый шорох - уже впереди - заставил вновь окаменеть на месте… Коридор за дверью. По нему обычно ходилось тихо-тихо - из-за толстого ковра-дорожки. Но сейчас кто-то мелкий пробежал не по ковру, а по словно голому полу - да ещё такому, у которого бетонное покрытие. Суховатыми лапами, чьи выступающие когти жёстко царапают неровную, почти каменную поверхность…
