У самого губернатора в кабинете спозаранку горел свет. Многие из присутствующих до последней минуты не знали, что должно произойти; их собрали в срочном порядке, кое на ком даже были ночные рубахи под пиджаком. Только сам губернатор, и чиновники из федеральной и штатной комиссии по борьбе с наркотиками, и ФБР, и ЦРУ, и несколько сенаторов Соединенных Штатов, и несколько представителей военного ведомства были посвящены в план с самого начала. Они с полуночи сидели здесь и вместе с губернатором разрабатывали общую стратегию и поддерживали связь с Вашингтоном и с разными агентствами, состязающимися за влияние. Было много крику, и не без рукоприкладства, и даже прозвучала одна угроза, каких не слыхивали среди государственных служащих с тех времен, когда Итен Аллен и Аарон Бэрр повздорили между собой о том, кому быть комендантом в форте Тайкондерога. Все это, впрочем, за закрытыми дверями. Теперь, на глазах у общественности, все сборище притихло, важно расселось широким полукругом перед телевизором, в середине – губернатор и влиятельные политики, серьезные мужчины с брюшком...
Опять пропуск. Она надкусила яблоко.
– Пора, шеф, – сказал личный помощник губернатора и слегка ткнул его под ребро.
Губернатор встрепенулся, словно очнулся ото сна, и произнес в микрофон:
– Давайте, ребята. С богом!
Жирный личный помощник у него под боком сложил ладони, будто в молитве.
С телевизионного экрана несся только рев двигателей.
У себя в полутемной гостиной полицейский комиссар Сан-Франциско, не отводя слоновьих глазок от черно-белого телеэкрана, потянулся и всколыхнул необъятный бок сидящей рядом супруги.
– Час зеро, – сказал он.
Она открыла один глаз, приветственно подняла пивную кружку и сморщила нос.
– Помогай им бог, – сказала она.
– Аминь, – сказал он.
– Аминь, – сказали они вместе.
Салли Эббот подняла глаза от книги. «Какая чушь», – вздохнула она. И, поджав губы, стала читать дальше.
