— Ржавый хлам, — отшвырнул Миллер только что подобранный меч, клинок которого при падении отделился от рукояти. — А вот этот вроде бы ничего, — вытянул он из-под груды негодных доспехов одноручный топор с металлическим древком. — Может и не рассыплется. Хотя с цвайхандером ему, конечно, не тягаться, хорошая была железяка.
— Моргенштерн, — поднял Олег с пола шипастую булаву, и передал Жерому.
— Тяжеленная, — примерился тот.
— Это перестанет быть недостатком, когда она опустится на чей-то череп, — обнадёжил Дик, сняв щит со стены. — Зараза, все ремни сгнили.
— До чего же жуткое место, — поёжился Клозен. — Меня от него в дрожь бросает.
— Тебя от всего в дрожь бросает, — подошёл Миллер к большой картине в противоположном входу конце залы, и один из огоньков, будто обладая зачатками сознания, последовал туда же. — Ничерта не разобрать, — провёл Дик пальцем по металлической табличке, врезанной в тяжёлую, богато украшенную раму.
Само полотно время тоже не пощадило, холст частично истлел, краска растрескалась и местами осыпалась, от краёв к центру, словно осаждающая чёрная орда, подступила плесень. Всё, что уцелело в этой неравной битве — небольшой фрагмент наверху. С него, как сквозь смотровое оконце грязной двери, смотрели в этот мир голубые глаза. Брови над ними сошлись к тонкой переносице, взгляд был строг и властен. Глаза принадлежали явно мужчине, вероятно средних лет, о чём свидетельствовала паутинка морщин. Верхнюю перекладину рамы украшал вырезанный на дереве геральдический щит с головой вепря.
— Кажется... я что-то нашёл, — припал Ларс к одному из покоробленных элементов деревянной отделки на стене, ощупывая его и простукивая. — Да, тут определённо... Ух!
Прямоугольная панель вдруг подалась внутрь и, влекомая пальцами голландца, отошла в сторону.
— Дверь? — подскочил к нему Олег.
— Разве не потрясающе? — расплылся Ларс в полубезумной улыбке. — Чувствую себя первооткрывателем тайн сгинувшей цивилизации.
— Очень надеюсь, что именно таковой она и является, — прошептал Жером, осторожно заглядывая в тёмный проём из-за спин спутников.
— Лестница ведёт вниз, — сделал Ларс шаг вперёд, подозвав лёгким движением руки троицу светящихся сфер. — Глубоко вниз. Какие открытия ждут нас там?
Из расступающейся темноты дыхнуло холодом и тленом.
— Что-то мне не хочется выяснять, — попятился Жером.
— У тебя нет выбора.
— Ещё как есть.
— Никакого, — осклабился Дик, когда Клозен уперся спиной в его грудь. — Давай, двигай. Приключения ждут.
Винтовая лестница, сложенная из каменных плит, вмурованных в стену колодца диаметром около трёх метров, уходила вертикально вниз. Отсутствие перил и центральной колонны оставляло в середине зияющую пустоту обещающую неосторожным гостям бесконечное падение. Кладка колодца, как ни странно, была влажной только наверху. Чем дальше вниз, тем воздух становился суше, скользкая мокрота на камнях сменилась пылью. С глубины потянуло удушливым смрадом, совсем непохожим на болотную вонь.
— Как в склепе, — прошептал Жером, стараясь отвести взгляд от черной дыры под ступенями.
— А ты бывал в склепе? — удивился следующий за ним Дик.
— Да, в юности частенько на старом кладбище... отдыхали.
— Ширялся с дружками на надгробиях белых аристократов?
— Именно. Так несёт из расколотых саркофагов. После смерти белые аристократы воняют ничуть не лучше цветного отребья.
— Становится теплее, — заметил Ларс. — Весьма необычно, учитывая, что мы углубляемся в земную толщу.
— Ад становится ближе, — выдвинул гипотезу Клозен.
— Возможно...
Дышать стало ощутимо тяжелее. Помимо усиливающегося смрада в воздухе чувствовалась нехватка кислорода. Олег покачнулся и схватился за стену.
— Ты в порядке? — тронул его за плечо Жером.
— Немного голова закружилась.
— Да, у меня самого перед глазами плывёт.
— Сюда веками свежий воздух не проникал, — весело отметил Ларс. — Держитесь подальше от края, неизвестно, как далеко дно колодца.
— А тебя всё это, похоже, забавляет, — посетовал Олег, утерев холодный пот со лба.
— Вовсе нет. Моё хорошее расположение духа объясняется открывающимися перспективами, а отнюдь не грозящей опасностью.
— Перспектива сдохнуть — сомнительный стимул, — возразил Жером.
— Поверь, из всего можно извлечь пользу.
Троица сияющих сфер, сопровождающая незваных гостей башни, преодолела ещё несколько лестничных витков и осветила внизу что-то помимо стен и ступеней.
— Земля! — сам от себя не ожидая воскликнул Олег, словно потерпевший кораблекрушение в океане.
— Как же сильно привязан человек к почве, — глянул вниз Ларс. — Нас так и тянет к этой массе горных пород и перегнившей органики.
— Сейчас меня тянет только туда, откуда нельзя упасть и сломать себе шею, — пояснил Олег.
Сияющие сферы, добравшись вмести с четвёркой невольных исследователей до низа, закружились вокруг лестничного колодца, высвечивая три зева расходящихся от него в разные стороны туннелей.
— Что теперь? — спросил Жером.
