– Нет особого желания его видеть, – признался Никита. – Впрочем, меня никто туда не звал.
– Надо шевелиться, – сказал Ян. – Я мог бы подождать еще немного, но здесь такое дело… Васёк ласты откинул.
– Когда?
– Сегодня ночью. Мы с ребятами хотим проводить его как подобает, купить огромную корзину белых роз. Принято у нас прощаться с товарищами. Понял?
– Ясно, – вздохнул Никита и почесал затылок. – Ян, приезжай ко мне, заберешь телевизор из моей комнаты.
– Опять? – взвыл Ян.
– Тебе же надо срочно? – спросил Никита и, не дождавшись ответа, добавил: – Только давай быстрее, пока матери нет дома. Да, и прихвати мне один «чек».
Никита быстро выключил телефон, чтобы Ян не передумал. Он не закончит так, как Васёк. У него есть Диана, и надо сделать все, чтобы быть рядом с ней, тем более что она будет отсутствовать две недели. Это будут дни перемен в его жизни. Когда вернется Диана, он станет уже другим, а о прошлом будет вспоминать как о кошмарном сне. Будет больно и тяжело, но ради этой светлой девушки можно выдержать любые испытания, не только ломку.
В палате с несчастливым номером одна кровать была свободна, а две другие занимали лежачие больные. Диана поздоровалась, ей ответила худенькая женщина, представившись Верой. Трудно было определить, сколько ей лет. Женщина была в платке, а худое, серого цвета лицо с бесцветными губами и дряблой кожей ничего не говорило о ее возрасте. Было заметно, что болезнь отобрала свежесть молодости и прибавила годы, поэтому ей можно было дать и двадцать пять, и все сорок. Диана разложила свои вещи на свободных полках шкафа, пытаясь делать это тихо, – рядом на кровати, отвернувшись лицом к стенке, спала женщина. Диана открыла тумбочку, чтобы положить туда массажную расческу, но нечаянно ее уронила. От звука упавшего на пол предмета женщина зашевелилась.
– Люда, просыпайся, – окликнула ее Вера, – нашего полку прибыло.
Женщина обернулась и увидела Диану, которую охватил неподдельный ужас. Распухший нос женщины, весь покрытый ранками, был черного цвета, а все лицо усыпано большими волдырями, будто тело лягушки, только эти красные вздутия местами потрескались и образовали язвы, из которых сочился гной. Наросты были даже на веках, отчего женщине пришлось чуть откинуть голову, чтобы рассмотреть Диану.
– Не бойся, – хрипло сказала больная, – моя рожа – это еще не самое страшное.
– Зачем ты так, Люда? – упрекнула ее Вера. – Человек только лег в больницу, а ты ее пугаешь.
– Лежи уже, жалостливая ты наша, – отозвалась Люда. Она приподнялась, подложила под спину подушку и прислонилась к стене. – Меня зовут Люда, – сказала она, обратившись к Диане.
– Диана, – ответила девушка, не в силах оторвать взгляд от изуродованного лица женщины.
– Красивое имя, – сказала Люда. – И сама красавица, не то что я, чудовище из фильмов ужасов. И как ты попала в эту палату?
– Временно, – сказала Диана, усевшись на кровать. – Пока там делают ремонт.
– А с каким диагнозом?
– Ну чего ты прицепилась к девушке? – возмутилась Вера. – Посчитает нужным, сама все расскажет. Диана, подойди к моей тумбочке, там есть фотография. Хочешь посмотреть, какой я была несколько месяцев назад?
– Хочу, – ответила Диана, бросив взгляд на женщину в платке.
Диана достала небольшого формата фотографию. Обычно такие делают на паспорт. На нее смотрела совсем другая женщина: молоденькая блондинка с приятным открытым взглядом, большими живыми глазами, полными губами и тонким ровным носом. Диана перевела взгляд на Веру. Искривленный набок нос, припухшие глаза, бесцветные губы…
– Не похожа? – спросила Вера.
– Нет, – честно ответила Диана.
– Конечно, химиотерапия изменила меня, забрала волосы. У меня были красивые волосы…
– Не химия у тебя отобрала здоровье, а твой Андрюша, – вставила Люда. – Ты лучше расскажи Диане о своем «любимом», – хихикнула Люда.
– И расскажу, – согласилась Вера. Она попросила положить фотографию на место, заметив, что это у нее единственное оставшееся фото. – Моя история начинается с того дня, когда я оставила маму одну в деревне и поехала искать красивую жизнь в большом городе. Мне всегда казалось, что в городе люди лучше, чем в деревне, и что одеваются они лучше, и живут в свое удовольствие. Захотел пойти в кино или театр – пожалуйста! Хочешь ходить на плавание в бассейн – на здоровье, а в выходные вообще делать нечего, лежи себе у телевизора и плюй в потолок.
– Размечталась! – хмыкнула Люда.
– Приехала, а у меня здесь знакомых – ни одной живой души. Остановиться негде, диплома нет, но руки рабочие пригодились. Устроилась я на вокзале пирожками торговать. Платили копейки, на еду хоть как-то могла заработать, а чтобы жилье снять, никак не получалось.
– Где же вы жили? – спросила Диана.
