Я пошла на поляну за озером, набрала ягод и поспешила домой. Я думала, что мой гость уже проснулся. Но каково было моё удивление, когда я зашла в летник и увидела спящего Стаса. Стрелки показывали десять утра. Серьёзно? Как можно в такое время ещё спать? Я прошла в комнатку и одёрнула занавески, запуская внутрь яркий солнечный свет.
— Ммм… — послышалось шевеление. — Кто-нибудь выключите свет.
Стас высказал свой протест против подъема и накрылся с головой пледом.
— Вставай, городской! — весело проговорила я.
— Куда вставать? — продолжилось ворчание.
— Куда, куда? На встречу новому дню.
Из-под одеяла всё же показалась голова с одним приоткрытым глазом.
— А сколько время? — спросил он.
— Уже десять. — ответила я.
— Сколько? — открыл он второй глаз от удивления. — Я в хорошие времена в такой час только спать ложился.
— Ну ничего себе. И чем Вы там городские ночью занимаетесь, что ложитесь утром?
Я сказала последнюю фразу и поняла, как она двусмысленно и откровенно звучит. Видимо это заметила не только я. Стас очень внимательно посмотрел на меня.
— Извини. Я…не хотела знать, чем ты занимаешься. — осеклась я.
— Не извиняйся. Всё нормально. — сказал он и присел на диван.
— Ладно. Если ты проснулся, тогда приходи в дом завтракать. — быстро проговорила я и ушла.
Я сидела за столом и стучала пальцами. Как неловко получилось. Зачем я вообще это ляпнула? Глупая. Теперь он подумает, что я какая-то озабоченная идиотка. Зачем я вообще зашла в летник? Ну спит человек, и спал бы дальше. Для чего я его будила? Нет. Завтра точно не пойду. Пусть делает, что хочет. Какое мне до него дело? Что-то я вообще много о нём думаю. То боюсь, что еда не понравится. То будить бегу. Он мне чужой человек. Мне должно быть всё равно.
За своими мыслями и переживаниями я не заметила Стаса, который стоял в дверях.
— Можно? — спросил он.
— Конечно. Проходи и садись. — сказала я и отодвинула стул.
— Спасибо. — кивнул он в ответ. — Блинчики?
— Да. Блинчики. С мёдом и земляникой. И молоко, своё, домашнее. Или ты не ешь такое? — всё же волнуясь спросила я.
— Ну почему не ем? Ел бы, наверно. Если бы для меня их кто-то готовил. — сказал он и приступил к завтраку.
— Это что? Совсем некому? А как же девушка? Или там, мама? — с изумлением спросила я.
— Девушки не имеется. С мамой давно не живу. Да и она всё равно готовить не умеет. — жуя ответил он.
— Ясно. А я думала все женщины готовят. Ну а что же ты на завтрак ешь, если некому кормить? — не унималась я.
— А что в кофейнях и ресторанах продают, то и ем. Но таких блинов я точно нигде не пробовал. Даже не верится, что ты сама готовила. — сказал он и подмигнул мне. — А ты сама чего не ешь? Меня что ли стесняешься?
— Нет. Я завтракала уже. Я рано встаю. — пояснила я.
— Это во сколько?
— В шесть уже на ногах. Надо же Лизу подоить, пока дед Лёня её на луг не отвёл, птицу покормить, во дворе убраться, завтрак приготовить. Ещё с утра люблю за ягодами ходить. — я рассказывала про свой распорядок дня, а он перестал есть и посмотрел на меня.
— Это всё ты делаешь? — удивлённо спросил Стас.
— Конечно. Бабуля уже стареет. Её беречь надо.
— Я впечатлён, Кира. Я за всю свою жизнь не научился тому, что ты делаешь лишь за одно утро. — сказал он и принялся за молоко.
Я хотела ему ответить, но услышала, что меня зовут с улицы.
— Ты ешь, я пойду выйду. — сказала я и выбежала во двор.
Возле калитки стоял Денис. По одному взгляду было видно, что он очень злой.
— Привет, Денис. — поприветствовала я друга.
— Это правда, Кира? Правда, что вчера к тебе парень приехал и теперь живёт у тебя? — грозно спросил он.
— Успокойся, пожалуйста. — закатила я свои глаза. — Он не ко мне приехал, а к баб Ане моей. Но она сейчас в больнице, поэтому поживёт в летней кухне, пока она не вернётся. И вообще, чего это я тут оправдываюсь перед тобой?
— А того, Кира. Если узнаю, что он какие планы на тебя имеет, то быстро он домой поедет. — не унимался друг.
— А это уже не ты решаешь, кому куда уезжать, а кому оставаться. Мы уже давно всё обсудили, Денис. — ответила строго я.
— А что это ты его защищаешь? Понравился, да?
— Денис… — устало вздохнула я. — Прекрати.
— Ладно. Я пойду. Но ты знай, что я теперь с него глаз не спущу.
После своих слов мой горе-друг ушёл, а я вернулась во двор. На крыльце я увидела сидящего Стаса.
— Жених твой? — спросил он.
— Нет. — махнула я рукой. — Друг. Мы с ним с самого детства, выросли вместе.
— Только он по ходу думает иначе. Так ведь?
Я устало кивнула и села рядом.
— Всё так. Вбил себе в голову, что любит меня. Говорит, поженимся.
— А ты что? — поинтересовался Стас. — Замуж не хочешь?
— А у меня в голове и мыслей нет о том, чтобы выйти замуж. Мне восемнадцать. У меня даже отношений никогда никаких не было. Я хочу уехать с бабулей в город, учиться хочу, хочу хорошим специалистом стать. Добиться чего-то, ну уж потом семья и дети. И опять же. Семью создавать надо с тем, кого любишь. Да и дети в любви должны рождаться.
Я повернула голову и наткнулась на очень внимательный взгляд. Такой взгляд, когда не в глаза смотрят, а в душу.
