Ошибка «белого стрелка» полностью

Пиво здесь всегда было холодное и неразбавленное. Шиманов еще год назад пиво не пил. Но, вернувшись из Чечни, прямо на аэродроме, в Чкаловском, выдул трехлитровую банку, принятую из рук встречающих. После этого не то чтоб полюбил, а и не отказывался от приглашений заглянуть в бар.

А в тот день сам сюда зашел. Только успел поставить на стойку бокал, только присыпал его кромку крупной солью, как услышал:

— Толик? Ты с каких это пор по таким заведениям лазить стал?

Оказалось, окликнул его Игорь Аксаков. С этим парнем полковник милиции Шиманов познакомился еще лет шесть-семь назад, когда тот тоже носил погоны. Считали его перспективным, подающим большие надежды, умницей, словом, но два года назад Игорь ушел из органов. По этому поводу ходили разные разговоры. Одни говорили, что Аксакова обвинили в корыстных связях с лоточниками и предложили тихо, без скандала, покинуть органы, другие были уверены, что он поступил так по своей инициативе — нашел интересную работу с хорошим окладом и перспективой на получение жилья…

И вот неожиданная, как поначалу показалось Шиманову, встреча с бывшим сослуживцем в пивбаре. Но когда последовало приглашение заглянуть в кабинет Бена, Анатолий понял, что Аксаков его «пас». О Бене Москва наслышана: Бронислав Евгеньевич Наставший, крупный торгаш, кажется, с бандитами якшается. Темноватая, в общем, личность.

— Пойдем, — сказал, улыбнувшись, Игорь.

И они пошли.

У Бена, сидевшего за столом, было темное вытянутое лицо и тяжелая квадратная челюсть. «Как у лошади» — это сравнение сразу пришло на ум Шиманову. Сходство добавляли полные губы и выпуклые добрые глаза.

— С волками живу, по-волчьи вою, — невесело пошутил тот, помешивая серебряной ложечкой кофе. — Выполняю, как партизаны в войну говорили, задачи Центра, но если, не дай Бог, проколюсь… В общем, лучше не прокалываться. А для этого надо создавать сильную команду, а ее у нас пока нет.

— А как же… — начал было Шиманов, но Бен понял его с полуслова и тут же прервал:

— Да, людей меня много окружает, но они свято верят, что я всего лишь удачливый предприниматель и бандит из числа тех, кого милиция никак не возьмет за жабры. Об истинном назначении нашей конторы знают единицы, к ним вот с сегодняшнего дня и тебя причисляю. Однако для нас плохо, что ты в погонах, лучше бы тебе аморалку какую-нибудь пришили и уволили с треском…

— Благодарю за такое пожелание.

— Ладно тебе, не сердись. Но конторе действительно нужны те, кто более свободен в своих действиях. Поскольку ты служишь, мы тебя не сможем использовать на полную катушку, понимаешь? Тебя свои же за связи с Беном заклюют.

— Но увольняться я не собираюсь, Бронислав Евгеньевич.

— Потому и будешь пока на положении, так сказать, нелегала.

Кофе Шиманову не понравился: очень густой аромат. Вот если бы под коньяк такой… Но говорить об этом он не посмел, спросил о другом:

— Ясно, конечно, что в пивбаре мы с Игорем не случайно встретились. Не пойму только, почему вы именно на меня вышли?

— Из-за твоего рапорта, естественно. Который ты написал после возвращения из Чечни. Не забыл еще?

— Уже можно было бы и забыть.

— Извини. Проверка у нас нешуточная, так что…

Этот рапорт Шиманов написал на имя вышестоящего начальства сразу по прибытии с войны. Он в Чечне вышел на тех, кто продавал оружие дудаевцам, и понял, что его оперативных стараний для борьбы с торгашами недостаточно, что может взять или уничтожить только «стрелочников». Все эти соображения и изложил Шиманов в рапорте. Ответа на него не получил. Подумал уже, что ушла бумажка под сукно или попала к лицу заинтересованному. И такое могло случиться. Вопрос шел о громадных деньгах, а на них и генералы падки. Тогда даже перестают понимать, для каких целей оно тут нужно, оружие.

Бен допил кофе и вытащил сигареты.

— С тобой, можно сказать, мы определились. И еще вот эти кандидатуры рассматриваем, — он протянул Анатолию список. — У товарищей есть еще силы, есть тот опыт, который тут нужен, попробуем с ними поговорить. Это те, кто недавно ушел на пенсию, о ком мы слышали, как о толковых мужиках. Никого из них не знаешь?

Шиманов окинул взглядом список, сразу остановился на одной фамилии:

— Макаров. В нем можете быть уверены. Чечню прошел, да и вообще…

В разговор вступил Игорь:

— Кое-что о нем мы и сами знаем. А ты, Толик, об этом «вообще» нам и поведай. Как он себя после ранения чувствует, что у него с семьей… Слышали, не все ладно, да?

— С семьей у Олежки действительно такое, что ни одна бумага не расскажет. Пока он по войнам кавказским мотался, жена загуляла, по пьянке сбила человека, решила это скрыть. Более того, сделала все так, чтобы ее саму погибшей считали, и уехала с любовником из Москвы. На ее след вчера только вышли, хотели взять, но она пустила себе пулю в висок… Об этом, кстати, еще и сам Макаров не знает, он ночью в калужские края уехал. А я со следователем успел переговорить.

Бен с Игорем обменялись взглядами, и Шиманов нахмурился: