Я настороженно покосилась на герцогиню. Торбен принес чай и подал гостье чашку, и я видела, как тетушка взяла ее дрогнувшей рукой и сделала маленький глоток.
– Нужно было с самого начала сказать тебе правду, – тихо пояснила леди Шарлотта. – Но ты сумела меня провести. Этот наивный, чуть испуганный взгляд, тихий голос, дрожащие ресницы… Ты оказалась хорошей актрисой, Эви.
Герцогиня суетливо поправила льняную салфетку, и этот мелкий старческий жест выглядел таким непривычным, что мне стало не по себе. Где прежняя несгибаемая леди Шарлотта? Куда она подевалась?
– Так в чем заключается ваша правда, тетушка?
– Думаешь, я действительно собиралась надолго отдать тебя этому недоумку Равенскому? – глаза герцогини блеснули былым мрачным огнем, но тут же погасли и посерели, будто подернулись пеплом.
– А разве нет?
– Нет. Твой брак, как и мой первый, продлился бы не больше недели, – леди Шарлотта посмотрела в упор и спросила: – Ты понимаешь, о чем я?
Удивительно, но я поняла. И даже поверила. Трудно было не поверить, когда на тебя так смотрят. И это еще больше убедило меня в том, что герцогиня вполне могла поучаствовать в бедах, обрушившихся на Эрика. Такие, как она, обид не прощают, а Каллеман увел меня прямо у нее из под носа, да еще и воспользовался правом мужа, разбудив мой дар.
– Запомни, Эви, мужчины – всего лишь средство, – говорила, между тем, герцогиня. – С их помощью женщина может добиться того, что ей нужно. А потом послать к ресу.
Тетушка цинично усмехнулась, и ее лицо преобразилось. С него исчез налет благородства, обнажив то, что скрывалось под ним: холодный расчетливый взгляд не слишком родовитой, но умной и изворотливой леди.
– Это все ради шахт? Кстати, зачем они вам?
Я старалась говорить спокойно, а сама подмечала каждый жест герцогини, каждое ее движение, и все пыталась решить, права я в своих подозрениях или нет.
Герцогиня посмотрела на трость, взяла ее в руки и погладила серебряный набалдашник.
– Как думаешь, сколько мне лет, Эви?
Голос леди Шарлотты звучал надтреснуто.
– Не знаю. Вы ведь маг, а высшие маги живут долго.
– Да, высшие маги живут долго, и я прожила долгую жизнь, почти двести семьдесят лет, – задумчиво повторила герцогиня. Она снова отложила трость и замолчала. На высоком лбу появилась морщинка. – Вот только я не высший маг, Эви.
Выцветшие глаза уставились в мои со странной настойчивостью.
– Но ведь…
Я не договорила. Не высшая? Как такое может быть? А глаза? Черные, пугающие, колдовские.
– У нас в роду никогда не было высших. Видишь это? – тетушка подняла трость, и набалдашник тускло блеснул. – Изобретение Николаса Куртена. Он был гениальным ученым, и он любил меня. Удачное сочетание, – сухо сказала леди Шарлотта и усмехнулась. – Мужчины… Они такие слабые, когда их охватывают чувства. Нику удалось то, что до него не делал ни один маг. Он изобрел преобразователь – вещество, наделяющее своего владельца большей силой, чем та, что была отпущена ему Единым.
– Получается, ваша магия заимствованная?
– Да. Мне были нужны эти шахты, Эви. В них – мое единственное спасение. За последние пятьдесят лет магия преобразователя постепенно слабела, и я потратила большую часть своего состояния на покупку сырца, но если бы шахты стали моими, я могла бы пользоваться им неограниченно, не отдавая за это ни рена.
Темные глаза впились в мои, лицо герцогини некрасиво скривилось, нижняя губа задрожала, и в ее уголках блеснула слюна.
– А ваш… друг? Он жив?
– Ник? Нет, Эви. Он давно уже умер, как и мое прошлое.
Мне стало холодно. Герцогиня так легко говорила об этом, словно человеческая жизнь для нее совсем ничего не значила.
– Осуждаешь меня? Поверь, Эви, чем дольше человек живет, тем меньше иллюзий у него остается. Да, я планировала выдать тебя за Эрнста, – продолжила она. – Но вряд ли он смог бы…
Тяжелые шаги, раздавшиеся у дверей, заставили тетушку замолчать.
– Миледи, во дворе магстража,– доложил вошедший в гостиную Торбен. – Во главе с лордом Дарвеном, который хочет с вами поговорить.
От этих слов внутри стало холодно, а потом сердце неприятно заныло. Вот оно, началось. Как ни готовься, как ни ожидай, а все равно страшно.
– Дарвен? – переспросила герцогиня и сильнее сжала трость. В холодных глазах мелькнул былой блеск.
– Проси, – кивнула я дворецкому, понимая, что допроса избежать все равно не удастся.
Главное, не бояться. Маги хорошо чувствуют страх. А может, наоборот, вспомнить былое и изобразить робкую испуганную леди? Впрочем, это вряд ли поможет.
– Миледи, может, позвать кого-нибудь на помощь? – Торбен все еще топтался на месте, беспокойно поглядывая на меня своими глазками-камешками.
Да нет, некого звать. Я должна сама разобраться с Дарвеном. Должна заставить его поверить, что Эрик не планировал бежать и все произошедшее – всего лишь недоразумение.
– Нет, не нужно. Веди сюда лорда.
Лукар бросил на меня взволнованный взгляд и ушел, чтобы вернуться в сопровождении мага.
При виде худощавой фигуры сердце тревожно сжалось.
– Леди, – коротко поклонился гость и уставился на меня своим стылым взглядом.
– Что привело вас в Бронен, лорд Дарвен?
