Ксюша рано родила первого ребенка — ей было всего 16 лет. Теперь она вынуждена оставить детство позади и научиться жить в новой роли.
— Доча, ты как, уже сделала уроки? — заглянула в комнату Ольга Романовна. Ксюша подняла голову и улыбнулась матери.
— Да, почти. Не могу дописать сочинение, — пожаловалась она, но мать только покачала головой, не выразив сочувствия.
— Ну, ты уж постарайся, — пожурила ее мать. — Конец четверти не за горами, а ты так и не исправила оценки по русскому.
— Я пытаюсь, — заверила ее Ксюша. Жаловаться на учительницу не хотелось: она знала, что мать об этом считает. «Учитель всегда прав», — наставительно скажет и не будет ничего слушать. Надо все-таки не разочаровать ее и получить красный аттестат, о котором мать так мечтает.
Всю жизнь Ксюша старалась оправдать ее ожидания и получить любовь и заботу, которую видела нечасто. Она верила, что если постарается достаточно, то мама порадуется и поддержит ее. Так и происходило: когда Ксюша выиграла городскую олимпиаду по английскому, мама купила ей в награду новый телефон, когда на бальных танцах прошла в финал областных соревнований, они сходили в торговый центр, и мама покупала ей все, о чем она просила. Но как же нечасто такое происходило!
Ольга Романовна искренне верила, что делает для дочки все возможное
Она отдала ее в языковую гимназию, хотя это стоило ей существенного пожертвования в фонд школы, отправила Ксюшу учиться в музыкальную школу и ходить на бальные танцы. Даже пианино домой купила, лишь бы ей было где заниматься! Разве этого недостаточно?
Теплом и заботой она старалась Ксюшу не баловать. Женщина считала, что мать и дочь не должны быть подружками, а потому лишний раз не заговаривала с ней о чем-то, не пыталась понять подростковых переживаний и надежд. Ксюша росла в атмосфере вежливой отстраненности и запретов.
Поскольку отец Ксюши умер, еще когда она была совсем малышкой, — несчастный случай на производстве, Ольга Романовна потом месяц ходила как пришибленная, — роль отца женщина тоже взяла на себя. Строгость в воспитании доминировала: после девяти вечера дочь железно должна быть дома, должна учиться на пятерки и рассказывать, с кем общается.
Особенно Ольга Романовна переживала из-за мальчиков. Она сама в школьные годы отвлеклась на любовь и отношения, не поступила в институт и получила образование только в техникуме. Она очень боялась, что с дочкой случится нечто похожее.
«Но я уже уберегла ее от этого, — иногда задумывалась она. — У Ксюхи просто времени нет на всю эту любовную чушь, в моей юности не было стольких кружков, как у нее».
И все-таки волнение пересиливало. Поэтому Ольга Романовна еще два года назад серьезно поговорила с дочкой.
— Ты еще маленькая совсем, — назидательно говорила она, — но фундамент твоей жизни закладывается уже сейчас. Твоя основная задача — выучиться. Понимаешь?
— Да, конечно, — соглашалась Ксюша. — Я и стараюсь.
— Пока не перейдешь в десятый класс, никаких мальчиков и отношений, ты поняла меня? Дальше — посмотрим, если красный аттестат получишь, можешь, и разрешу тебе, — рассуждала женщина. Конечно, это было ложью: даже если дочь и выучится на одни пятерки, найти повод ограничить ее общение с мальчишками найдется.
Но Ксюша соглашалась, старательно училась и, казалось бы, не проявляла интереса к пацанам. По крайней мере, Ольга Романовна свято в это верила.
— Мам, можно я с подругами погуляю? — вырвала женщину из мыслей Ксюша. — Кира и Настя звали меня в парк вечером.
— Если допишешь сочинение, беги, конечно, — отозвалась Ольга Романовна. Запрещать дочке общение с подружками она не пыталась — не видела в этом смысла.
Ксюша быстро собралась, накинула куртку и выбежала на улицу. Осенний ветер, пронизывающий и прохладный, предвещал приход зимы. Но светлые опавшие листья и разноцветные куртки на прохожих хоть немного радовали глаз.
Ксюша поспешила в парк. Кира и Настя действительно собирались туда сегодня, но Ксюша не была уверена, что они ее ждут. В их отношениях она всегда чувствовала себя немного лишней. Это девочки крепко сдружились — Ксюшу в свою компанию они принимали, но держали на расстоянии.
И все-таки она очень хотела с ними пообщаться. Им она доверяла все свои секреты, которыми не могла поделиться с деспотичной матерью.
Подруг она заметила быстро. Они сидели на лавочке и смотрели какое-то видео на телефоне. Тонкая черная паутинка наушников опутывала их обеих. Ксюша поспешила к ним.
Настя первой заметила подругу. Оторвавшись от экрана, она махнула рукой, подзывая Ксюшу к ним. Более хмурая и сдержанная Кира холодно кивнула.
— Вырвалась-таки? — спросила она, когда Ксюша обнималась с Настей. Ксюша плюхнулась рядом с Настей и заговорила.
— Да, мама почти сразу отпустила. Уф, ну и денек сегодня. На танцах совсем загоняли, новые фигуры разучивать заставили. Ног не чувствую толком.
— Зачем ты только все еще на них ходишь? — удивилась Настя. — Ты ж говорила, что тебе не нравится.
— Мама меня оттуда не отпустит, — вздохнула Ксюша. — Все это бессмысленно, вы ж ее знаете.
