— Знаешь, Лиз, — сказала тетя Наташа, — а он мне даже нравится. Решительных мужиков осталось так мало. Куда ни глянь, одни мамкины сыночки. Да и ты, как выяснилось, ошибалась насчет него: думала, что ребенка отберет, а он женился на тебе. Вот родишь, за полгода в себя придёшь, в ВУЗе восстановишься и доучишься. Там малыша и на няню можно будет уже оставлять.
Лиза только хмыкнула. Всех нюансов общения с Андреем она родственникам не рассказывала.
— Наталья Викторовна! — заглянула в родзал санитарочка. — Там у вашей Стародубцевой муж всех на уши поднял. Оплатил коммерческие роды и вип-палату. Людмилу Алексеевну с выходного выдернули, едет сюда.
Лиза только застонала, а крёстная всплеснула руками.
— Ну и ладно, — подмигнула тётя Наташа крестнице, — зато у тебя будет лучший врач на родах.
Андрей переживал. Его действия спровоцировали роды у Лизы. И хотя врач его успокоила, сказав, что девушка итак перенашивала беременность, и схватки могли начаться в любой момент, он всё равно волновался.
Прошло уже пять часов. За это время его жене сделали новый медицинский полис, СНИЛС и ИНН. Зачем ей ИНН в роддоме, он в этот момент не задумывался.
Позвонил отец. Он единственный из родственников пока знал, что у Андрея где-то есть беременная женщина, и то только потому, что её поисками занималась служба безопасности, работающая на Романа Стародубцева.
— Да, пап…Я женился… Рожает… Жду в роддоме…
— Андрей Романович? — раздался рядом с ним голос.
Он повернулся к женщине в хирургическом костюме.
— Поздравляем! У вас мальчик. 3100. 51 сантиметр. Сейчас ваша супруга в послеродовом зале. Через час сможете навестить её в палате.
Облегчение и радость затопили одновременно. Всё хорошо! У него родился сын! Андрей вспомнил про телефон в руках.
— Пап, ты слышал? Я теперь отец! А ты дед.
В палату Андрея пустили не через час, а через два. Лиза полусидела в койке. Рядом в высокой кроватке лежал малыш.
— Как ты? — спросил Андрей, с участием глядя на уставшее лицо жены.
— Хочу есть, — со вздохом ответила Лиза. И это она еще поскромничала, потому что организм просто требовал еды. Тело болело так, как будто его танком переехало.
В палату зашла тётя Наташа. Она принесла еду и установила столик Лизе на колени.
Андрей с изумлением смотрел, с каким аппетитом жена разделывалась с больничной серой кашей. Она практически вылизала тарелку кусочком хлебушка и запила всё кружкой чая.
— Ну что, папочка, познакомился уже с сыночком? — спросила Наталья Викторовна.
Лиза отложила ложку в сторону и ревниво посмотрела в сторону детской кроватки. В этот момент она была похожа на львицу, готовую защищать своего детёныша.
Андрей рассматривал младенца: красные надутые щёчки, редкие русые волосики, кончик носа в каких-то точках…
Тётя Наташа аккуратно достала ребёнка и положила молодому отцу на руки, попутно показав, как правильно его держать.
Тёплый комочек на руках вызвал волну необъяснимых трепетных чувств. Андрей впервые в жизни был так растроган.
Лиза расслабилась и откинулась на подушку. Глаза устало слипались, и она незаметно провалилась в глубокий сон.
Лиза стояла перед пеленальным столиком и сосредоточенно меняла подгузник на малыше. Её движения были очень осторожными. Она попыталась аккуратно распрямить согнутые в коленях маленькие ножки, а кроха в этот момент дёрнул ручками и громко заревел. Лиза растерялась.
— Ну, маленький мой, что случилось? Сейчас мама разберется, что с тобой делать. Только не плачь!
— Что за шум? — раздался рядом голос тёти Наташи.
Лиза обернулась. Из-за плача малыша она не услышала, как в палату одновременно вошли крёстная и Андрей.
— Ну-ка, давай запелёнывать, — скомандовала тетя. — Видишь, сам себя царапнул и расстроился.
И она ловкими движениями уверенно завернула ребёнка в пелёнку. Тот сразу затих и успокоился.
Андрей не вмешивался, наблюдая за женщинами со стороны. Наталья Викторовна задала еще несколько вопросов про здоровье Лизы и ушла, оставив молодую семью наедине.
В палате тотчас установилась напряжённая тишина. Лиза положила сына в кроватку и повернулась к Андрею. Она чувствовала себя неловко за свой внешний вид: больничная сорочка из смявшегося ситца не скрывала лишние килограммы и ещё не опавший после родов живот, а в вырезе декольте виднелась злосчастная угревая сыпь. Вдобавок девушка не успела помыть голову, и слипшиеся от пота волосы были собраны в гульку на голове.
Лиза с досадой скрипнула зубами. Вот зачем в роддом пускают мужчин? Надо запретить это даже в платных палатах! И тут же одёрнула себя: да какая разница, как она сейчас выглядит? Еще и суток не прошло после родов! Разрывов нет, ходить-сидеть, слава богу, может. А этот… муж! — посмотрела бы она на него, если бы ему пришлось пройти через беременность и роды!
— Ты думала над именем? — спросил Андрей.
— Мне нравится Павел.
— Стародубцев Павел Андреевич. Звучит хорошо.
— Новиков Павел Сергеевич, — сказала Лиза.
— Что? — не сразу понял Андрей.
