- Конечно! На кого же еще? Барон – мой земляк, это связывает. Обидно за него. Франция несправедливо обошлась с одним из лучших своих сынов. Про его подвиги во славу родины следовало бы изучать в школе. С кого сейчас брать пример мальчикам для воспитания характера? С женоподобных, раскрашенных тушью и помадой, заокеанских певцов? Или жеманных, телевизионных стилистов, больше заботящихся о цвете лица, чем о силе мышц? – вопросил обличающим тоном Жюль.
Он разволновался, будто выступал с трибуны перед тысячной аудиторией.
- Если завтра война? Кто встанет на защиту отечества? Эти среднего рода существа, одетые в блестки и туфли на каблуках? Не смешите. - Оратор красноречиво вздохнул. – К сожалению, мужественность сейчас не в моде. Печально. Настоящие мужчины должны объединиться для защиты собственного пола, как редкого вида, исчезающего на глазах.
Собираюсь внести свою лепту в эту борьбу. Когда у меня родится сын, буду учить его военным искусствам. Фехтование, классическая борьба, гребля на каноэ. Спорт для выдержки характера - марафон на двадцать километров в полной средневековой рыцарской амуниции. После такой пробежки будешь спать три дня, а не выискивать лишние волоски в бровях, чтобы удалить пинцетом.
- А если родится девочка? – вставила вопросительную реплику Жаннет в качестве не последнего лица в деле производства ребенка Жюля.
- Девочка в данном контексте не рассматривается, - уклонился он, проявив китайский синдром.
Коротко, о чем синдром: по экономическим причинам новорожденные девочки в Поднебесной не котируются. У Жюльена, выступавшего от имени барона де Рэ, они не котировались из-за другого – неприспособленности вести войну. Однако, вспомнив пример девушки-полководца Жанны, настаивать на своем мнении не стал. Еще не хотелось по пустякам нервировать будущую мать, пусть она еще не беременна.
- Впрочем, могу и дочку всему вышеуказанному научить, - великодушно предложил Жюль. - Если захочешь.
- Ну, если она сама захочет... - ответила она неопределенно.
Жаннет не собиралась вступать в спор до замужества. Рассуждать о ребенке, который еще не родился и не определился с полом, показалось неосторожным. Побоялась сглазить. Потерять то, что еще не приобрела, все сразу: замужество, будущее дитя, а также сегодняшнее предложение руки и сердца, которое только должно произойти. Надежда на которое потихоньку теплилась в остатках душевного оптимистичного настроя.
Да, она до крайности устала, да хотелось сбросить сапоги и завалиться спать. Где-нибудь недалеко. Можно вон там на свободном столе или табуретках, составленных одна к одной. Обойдется без удобств: подушки, матраса и одеяла. Заснет, подложив под голову голый кулак. Она прошла свой марафон. Намаялась за целый день путешествий на морозе. Устала, но терпела. Потому что страстно желала достичь того, ради чего забралась в глушь Бретани: признание Жюльена.
Разберемся - стоило ли оно таких нечеловеческих жертв? В принципе, признание ничего не меняет: молодые люди давно убедились, что любят друг друга, намерены соединить судьбы. Рано или поздно свершится их союз, оснований для сомнений нет.
Но - нельзя вносить хаос в древнейший ритуал создания семьи.
По неписаной традиции, свойственной всем без исключения народам земли, порядок такой: молодые влюбляются - парень делает предложение - девушка принимает - играют свадьбу. В этом процессе имеется одна деталька, без которой дело далеко не зайдет. Вместе с романтическим предложением руки и сердца, будущая невеста желает получить нечто ощутимое: вещественное доказательство серьезных намерений – колечко на пальчик.
Это ожидание объединяет невест всего мира, неважно - из какого племени: новозеландских аборигенов или ньюйоркских миллионеров. Оно основано на опыте матерей, которые строго следят, чтобы дочку не обманули. Как бы клятвенно жених ни убеждал в любви, как бы убежденно ни клялся, если хочет жениться, пусть докажет. Пусть раскошелится, чтоб потом не отвертелся. Слова мало стоят. Намерение можно переменить, к тому же его не продемонстрируешь знакомым и родным. А колечко – вот оно! Говорит без слов, само за себя. Всегда с девушкой, греет сердце и радует глаз.
Сегодняшний вечер для Жаннет был слишком судьбоносным, чтобы из-за мелочной усталости отказаться его продолжить.
Объясним подробнее.
С детства Жаннет имела комплекс неполноценности по причине близорукости. Глядя на отражение в зеркале, думала: дурнушка-в-очках, никогда не найдет достойную пару. Достойную не внешности, но характера. Дурака не хотелось, а умные, вроде, только на моделях женятся.
Подружки зеркалу охотно поддакивали, каждый раз выискивая новый недостаток у Жаннет, забывая про собственные. То губы у нее «узковаты», то «нос картошкой». Да мало ли ерунды можно придумать, когда захочется потенциальную соперницу уколоть и задвинуть подальше в очереди за женихами...
