Древо реальностей, давно затонувшее в океане чудовищ. Клочок бытия, что может окончательно исчезнуть в пучине бесконечности в любой момент. Мир давно прошёл через ту границу, когда можно было ещё что-то исправить. Всплывать уже некуда, и ты, тот, кто побывал за пределами иллюзорной суши, понимаешь это намного лучше, чем кто-либо ещё. Что делать? В твоём случае, брать удочку, Феликс, и надеяться на удачный улов. В крайнем случае, ты всегда можешь попробовать ещё раз. Столько раз, сколько потребуется. До тех пор, пока тебе не повезёт.
Возможность получать подобна океану. Проблема в том, что большинство людей подходит к этому океану возможностей с чайной ложкой.
Джим Ром, американский оратор, бизнес-тренер, мормонский проповедник, автор книг по психологии, случайная уместная цитата из Интернета.
И слава Тёмным Богам океана!
Феликс Айзек Фишер, неизменный неудачливый рыбак, случайное неуместное дополнение цитаты из Интернета.
Пришла мысль, насколько сильно я изменился? Я имею в виду, с того момента, как оказался в лапах старого ублюдка? Прокручивая раз за разом перед глазами события последних лет, не испытывая с этим никаких проблем, я вынужден был отметить, что моё состояние, вопреки всему, стабилизировалось. Ментально и до попадания в лапы Мистера Стивенсона я не был ребёнком, однако по мере того, как росло тело, менялось и сознание. Было больше ребячества, больше импульсивных действий, в целом теперь у меня создаётся общее ощущение некоей… незрелости. Оно осталось и даже после того, как многомерный урод отправил меня в сравнительно свободное плаванье, позволив сначала прийти в себя, а после — одним движением руки напрочь уничтожить всю мою психическую стабильность, и лишь в последние годы, если не месяцы я стал напоминать больше прошлого себя, с поправкой на то и дело прорывающееся безумие.
Стало интересно: что же по итогу ублюдок из меня хочет слепить, лепит и будет лепить? Лепит ли вообще? К сожалению, это не тот вопрос, на который я мог и на который вообще могу дать ответ, хотел того или нет. И это несмотря на то, что времени подумать у меня хватало.
Передо мной предстала субъективная вечность.
Был ли у меня план побыстрее покончить с этим дерьмом и просто дать Тёмному Богу проснуться? Конечно, нет. Несмотря на то, что это заявление было очень спорным, конченым слабовольным самоубийцей я никогда не был. Более того — мог бы поспорить в желании жить с очень и очень многими людьми. Но и действовать иначе в ситуации, когда твои мозги изнасиловала концептуальная херня, сложновато. Единственная мысль, к которой я смог прийти: мне нужно было добраться до источника проблем, любой ценой. Проклятая ручка, из-за которой всё дошло до такой точки. С моей стороны было глупо по-настоящему винить туповатого ребёнка. В своих мечтах, уверен, тонули, тонут и будут тонуть целые цивилизации, так с чего мне держать зло на какую-то мелочь?
Наверное, не испорть она мой молочный шейк, и у меня на миг могла даже возникнуть мысль найти путь её спасения. Тех остатков личности, которые действительно принадлежали малышке Мэри. Увы, я давным-давно прогнил до основания и жертвовать собой бесчисленные разы, раз за разом бороться с чем-то, что раз за разом насилует твои мозги, ради одной-единственной фактически незнакомой девочки, от которой и пользы нет, мне было не с руки.
Даже наоборот: теперь, когда она с моей лёгкой подачи закончила свою трансформацию, я получил нового полноценного друга, который будет, как и мои остальные друзья, тенью тени от тени таиться в глубинах моего разума.
В этом проклятом древе реальности, чистилище для грешников, хорошим ребятам не было места.
Моя и Мистера Стивенсона цель была не в том, чтобы спасти всё человечество. Даже если в конечном итоге, ценой смерти миллионов и миллиардов, людской род выживет, это будет лучше, чем полное уничтожение. Если и существовала вероятность того, что всё человечество сможет пройти жатву судьбы, то нужно было быть кем-то намного более могущественным, чем Тёмный Бог из глубин океана. Чем-то бесконечно огромным, бесконечно непонятным. Чем-то, чьи мысли могли создавать миры и менять вероятности, переписывать историю целой вселенной.
Но ведь мы и не стремимся к этому, не так ли?..
Чтобы дать человечеству шанс, как мне кажется, достаточно лишь частички этой силы.
Ручка не могла сопротивляться моей воле. Стоило мне её взять, как она стала принадлежать мне. Вместе же с этим
Оно прекрасно запомнило меня — черти драли Мистера Стивенсона, я знал это. Тварь оставила на мне что-то, что служило самым настоящим магнитом для различных уродцев, из-за чего я по «чистой счастливой случайности» натыкался на сверхъестественное чаще, чем кто-либо ещё. В одной маленькой провинции обитало слишком много тварей, и, уверен, с течением времени их бы становилось всё больше, не говоря уже про самого Тёмного Бога. Такова была цена даже не моей наглости, а наглости Мистера Стивенсона.
Куда бы я ни прятался, куда бы не бежал, пусть даже за метафизические спины своих друзей в самых глубинах океана, рано или поздно, пусть это будет следующая жизнь, в которой я и помнить ничего не буду, оно обещало добраться до меня. И сейчас было как никогда близко к этому.
