Все старания окупились сторицей, и совместными усилиями они построили-таки один из лучших в мире маггловских аквапарков. И именно идеи Петунии помогли сделать его совершенно особенным. Нелипнущий песок, декорации-иллюзии, плавающие в воде фантомы… С помощью найденного Малфоем артефактора они сумели всё это воплотить в жизнь и на собственной шкуре узнали, что такое настоящий промышленный шпионаж. В результате Северусу потребовалось изобрести кучу заклинаний не только для того, чтобы не напугать и обезопасить посетителей, но и для того, чтобы не позволить особо шустрым конкурентам проникнуть в их секреты. А вот Люциусу пришлось сражаться на другом фронте, доказывая чинушам, что их детище ни в чём не нарушает Статут о секретности. Впрочем, нельзя сказать, что его задача была чрезмерно сложной. Чиновники министерства, вслед за аристократией и сами с удовольствием обзаводившиеся личными аквапарками и бассейнами, проявили благосклонность и снисходительность к компании «Мagicae aquae». Нарцисса сделалась законодательницей нового направления моды, и с её лёгкой руки устраивать аква-пати стало традицией и правилом хорошего тона. Даже миссис Лонгботтом не устояла перед всеобщим модным поветрием и в конце концов построила бассейн в парке своей усадьбы. Поговаривали, что её внуку это пошло исключительно на пользу. Мальчик избавился от чрезмерной полноты, стал менее неуклюжим и проявил незаурядный талант, разбив вокруг бассейна настоящий тропический сад. Для десятилетнего ребёнка это было истинным достижением, и Августа по праву гордилась внуком.
До Невилла Лонгботтома как такового Северусу дела не было, но он отлично помнил, что этот мальчик родился всего на день раньше Гарри и тоже вполне мог быть назначен на роль «Избранного». Из чистой вредности и желания подгадить Альбусу ещё и в этом, Снейп поделился своими мыслями с Малфоями, и те отнеслись к поставленной задаче со всей серьёзностью. Уже через полгода всё высшее общество восхищалось юной звездой гербологии, а строгая бабка Августа сдувала с внука пылинки, видела в нём гения, способного обессмертить в веках имя Лонгботтомов, и перегрызла бы глотку любому, кто посмел хотя бы попытаться втянуть Невилла в сомнительные аферы. Как бы там ни было, но и запасной вариант «героя» был для Дамблдора безнадёжно потерян. А уж про основной и говорить нечего…
Гарри Поттер, ласково прозванный домашними «катастрофой», был последним ребёнком, который сгодился бы на роль послушной марионетки. Более того, под чутким руководством Северуса и Люциуса он сам научился манипулировать так, что учителя взвыли. В восемь с небольшим лет он всё-таки сумел убедить Северуса, что навещать только одну змею глупо и, если применить к сопровождающему Конфундус или сонные чары, можно без помех наладить контакт со всеми обитателями серпентария. И польза для всех от таких действий будет самая несомненная: служитель отдохнёт, скучающие змейки развлекутся беседой, а они получат несколько видов превосходных ингредиентов для зелий. Когда он сумел уговорить всех устроить дайвинг с головными пузырями, ему только исполнилось девять. Вот тут уже схватились за головы не только Малфои, но и гостившие на их вилле Нотты. То, как мальчишки с подачи Гарри умудрились прямо под водой нажраться жаброслей и, никого не предупредив, отправиться на поиск затонувших сокровищ, было худшим воспоминанием того лета для всех без исключения взрослых. А то, как Поттер после этой выходки сумел заболтать всех до такой степени, что мелкие засранцы избежали не только порки, но и вообще любого наказания, не смог понять даже Люциус. К десяти годам Гарри уже стал не только признанным лидером среди друзей, но и основным генератором самых сумасбродных затей, и это было бы полбеды, если бы всё ограничивалось только его выходками в кругу друзей-волшебников.