– Про Эйра сейчас много чего говорят на этом берегу Ключиницы, да только до правды там далеко, – начал он. – Он был… другим. Не похожим ни на братьев своих божественных, ни на людей, его окружавших. И последователи его были особенные: сильные духом, смелые, верные. Никогда мне еще не доводилось видеть такого единения среди людей. Видно, каков был Эйр, таковы были и его ученики. Вместе они основали Элию в Туманных горах. И страна процветала с таким правителем. Только Эйру это быстро наскучило, и поставил он у власти своего лучшего ученика – Рунольва. Тогда же стали говорить – Рунольва Смелого.
– Но у нас рассказывают, что Эйр был злобным и мстительным! Потому и связался с древними богами, от злобы, изнутри шедшей. А потому и войну развязал с людьми, умертвить всех хотел.
– Ох, Осина, как же у тебя все просто. Злой – войну развязал, добрый – всех победил. Не бывает так, – грустно ответил волк. – А с Эйром мы познакомились задолго до великой войны. Он нашел меня, преданного своими родными и друзьями, на границе миров, поделился своей силой, спас от неминуемой гибели.
– Рэнн рассказывал мне об этом, – тихо ответила я. – Как и то, что Веро тебя обманула и отправила за грань.
– Она не убила. – вздохнул Грегг. – Веро…Ты знаешь, они с Эйром были очень близки до моего появления? Она всегда поддерживала брата, была рядом, и он отвечал ей тем же. А потом появился я, и Великая Вода решила, что ее предали, променяли на монстра.
Я удивленно вскинула брови и покачала головой.
– Но до этого еще далеко. Мальчик, Рэнн, рассказывал тебе, кто я? Откуда?
– Не думаю, что он сам точно знает, – пожала я плечами.
– Это непростая история. И мне тяжело ее рассказывать, – Грегг замолчал, а потом, собравшись, быстро продолжил. – Давным-давно я создал себе мир. Эртэвелл. Мой мир, с моими законами и порядками. Только стало там одиноко, и я населил его демонами. Из собственной крови я создал семью. И думать не думал, что когда-то они пойдут против меня, сговорятся и, обманом отняв силу, выкинут умирать. Туда, где никто не найдет, а я не смогу выбраться и тихо угасну. Так и было бы, если б не случайность, приведшая ко мне Эйра…
Грегг мотнул лобастой башкой.
– Хорошо мне было с Воздухом, но тоска и гнев не давали покоя. Хотелось вернуться домой, наказать зачинщиков. Верил, что не только враги за спиной остались. Были там и демоны, которым я был дорог, которые были дороги мне… И Эйр взялся помочь.
Волк замолчал, а я в нетерпении заерзала по лавке:
– Жестокие древние боги ведь оттуда? Из твоего мира?
– Да, – ответил Грегг и усмехнулся. – Только я назвал их сумеречными демонами.
– Значит, у вас с Эйром все получилось?
– Получилось. Только не так, как я планировал. Эйр открыл путь в мой мир, маленькую тропинку, тоненький ручеек. И прошел по этой тропке только один демон. Дагор.
Я испуганно прижала руку к щекам и вздрогнула от боли, надо же, позабыла о своих синяках да ожогах.
– Моя вина, что не смог сразу разглядеть в Дагоре его черную душу, – покаялся Грегг. – Как и Эйр, я принял демона, как родного, я скучал по дому, а он говорил и говорил о нем, и, казалось, там, в Эртэвелле, меня ждут, а все заговорщики наказаны и казнены. И я поверил. Я убедил Эйра, что нужно расширить проход, тогда мы вдвоем с Дагором сможем вернуться. Только мы не вернулись.
Волк злобно рыкнул, откинув кость, поднялся и начал метаться из стороны в сторону:
– В открывшуюся дверь хлынули полчища сумеречных, чтобы убивать и порабощать этот мир.
– Великая война? – спросила я враз онемевшими губами.
Грегг кивнул:
– Когда демоны добрались до Веро, мне неизвестно. Они умели убеждать. Что ж ее винить, если и мы с Эйром поддались на сказки Дагора. Но как бы то ни было, Веро уже меня недолюбливала, она ревновала. И считала, что я разрушил их дружбу с братом… Такая глупость, такая ошибка! Но одно цепляет другое, и демоны сумели поселить в голове у Великой Воды мысль о том, что их нападение – моя вина. Моя и Эйра. Я их создатель, я их родитель. Кто, как не я, виновен в том, что они ворвались в этот мир?
– И что сделала Веро?
– Сначала затаилась и наблюдала. Демоны отбросили нас с Эйром далеко от Элии, захватили город и обратили свой взор на соседние поселения. Война быстро докатилась до земель Прародителей. И когда Эйр пришел к братьям и сестрам, предлагая объединиться, Вода убедила остальных не верить нам. Она в своей гордыне не видела очевидных вещей. И ей казалось правильным принять от демонов зелье, которое могло меня ослабить, и хитростью заставить его выпить. Она думала, что с моей смертью всё закончится. Свою ошибку она поняла почти сразу, но было уже поздно, – волк снова лег в моих ногах, положив морду на лапы. – Я ушел в грани, туда, где мог выжить и дождаться своего часа. И мой друг, мой Эйр, остался один. И он, конечно, не сумел остановить сумеречных, они пошли дальше.
– Но как же… – я не находила слов от возмущения, – как можно было не поверить своему лучшему другу? Своему брату?
