Тысячеструйный поток -Журчала весенняя ласка.Скользнула-мелькнула коляска,Легкая, как мотылек.Я улыбнулся весне,Я оглянулся украдкой,-Женщина гладкой перчаткойПравила, точно во сне.В путь убегала она,В траурный шелк одета,Тонкая вуалета -Тоже была черна...
<1912 (1911?)>
<p>***</p>Когда показывают восемьЧасы собора-исполина,Мы в полусне твой призрак носим,Чужого города картина.В руках плетеные корзинки,Служанки спорят с продавцами,Воркуют голуби на рынкеИ плещут сизыми крылами.Хлеба, серебряные рыбы,Плоды и овощи простые,Крестьяне - каменные глыбыИ краски темные, живые.А в сетке пестрого туманаСгрудилась ласковая стая,Как будто площадь утром рано -Торговли скиния святая.
<1912>
<p>Шарманка</p>Шарманка, жалобное пенье,Тягучих арий дребедень,-Как безобразное виденье,Осеннюю тревожит сень...Чтоб всколыхнула на мгновеньеТа песня вод стоячих лень,Сентиментальное волненьеТуманной музыкой одень.Какой обыкновенный день!Как невозможно вдохновенье -В мозгу игла, брожу как тень.Я бы приветствовал кременьТочильщика - как избавленье:Бродяга - я люблю движенье.
16 июня 1912
<p>***</p>
А. Ахматовой
Как черный ангел на снегуТы показалась мне сегодня,И утаить я не могу-Есть на тебе печать Господня.Такая странная печать -Как бы дарованная свыше,-Что, кажется, в церковной нишеТебе назначено стоять.Пускай нездешняя любовьС любовью здешней будут слиты,Пускай бушующая кровьНе перейдет в твои ланиты,И пышный мрамор оттенитВсю призрачность твоих лохмотий,Всю наготу причастных плоти,Но не краснеющих ланит.
<Начало 1914?>
<p>***</p>Черты лица искаженыКакой-то старческой улыбкой:Кто скажет, что гитане гибкойВсе муки ада суждены?
1913
<p>***</p>От легкой жизни мы сошли с ума:С утра вино, а вечером похмелье.Как удержать напрасное веселье,Румянец твой, о нежная чума?В пожатьи рук мучительный обряд,На улицах ночные поцелуи,Когда речные тяжелеют струиИ фонари, как факелы, горят.Мы смерти ждем, как сказочного волна,Но я боюсь, что раньше всех умретТот, у кого тревожно-красный ротИ на глаза спадающая челка.
Ноябрь 1913
<p>Мадригал</p>Нет, не поднять волшебного фрегата:Вся комната в табачной синеве,-И пред людьми русалка виновата -Зеленоглазая, в морской траве!Она курить, конечно, не умеет,Горячим пеплом губы обожгла;И не заметила, что платье тлеет,-Зеленый шелк, и на полу зола...Так моряки в прохладе изумруднойНи чубуков, ни трубок не нашли;Ведь и дышать им научиться трудноСухим и горьким воздухом земли!
