Они смогли выжить в первый день попадания в мир Улья. Выжили и встретились. Как долго будет им благоволить Стикс? Только он это знает и уже готовит героям новые испытания. Улыбка исчезла и острые клыки готовы терзать новые жертвы.
Вы даже себе представить не можете, сколько раз вы копировались в Стикс.
Скучно живете? Вас угнетает обыденность и все надоело? Кругом серая тоска и ничего не радует? Хандра и чувство постоянной усталости? Тогда можете быть уверены, что ваши двойники-иммунные проживают, в лучшем случае, сутки, а потом или погибают в лапах монстров, или сами накладывают на себя руки. Да и те, кому довелось обратиться в монстра, вряд ли дотянут до уровня «лотерейщика». «Ползун», «медляк», максимум – «прыгун», вот ваш уровень в том мире.
Удачливый рейдер с рядом полезных даров и не знающая преград «суперэлита», в прошлой жизни не могли быть серыми и скучными личностями.
Настойчивый стук в дверь вывел из сна. «Твари. Какие же вы все твари», – не в силах открыть глаза, думал Иван, с трудом переходя из состояния сна в бодрствование. Глаза, с трудом, но открылись, и он уставился в бежевый натяжной потолок, в глянцевом отражении которого, отражалась огромная кровать, где он разглядел себя и Машу. Подружка спала, закинув на него свою ногу. Этот «трахадром», как собственно и эту квартиру, и всю мебель в ней, он приобрел для своей любовницы. Кровать привезли и установили только вчера утром и Маша, в ультимативной форме, потребовала сразу же провести ее «ходовые испытания». Пришлось срочно придумывать «командировку» в соседнюю область на конференцию с инвесторами.
К Машке Иван Гутченко, работавший заместителем мэра города последние шесть лет, прикипел сразу, как только увидел ее на совещании в администрации области, когда она, молодой специалист отдела культуры, докладывала результаты работы за квартал, вместо своего, внезапно заболевшего, начальника. Они встречались уже более полугода. Вначале на квартире, которую она снимала на окраине города, а последние два месяца, на этой, купленной им в «новострое», но оформленной на Машу, двухкомнатной квартире. Если об отношениях с Машей знали либо догадывались многие, то о квартире знал только его водитель Сергей, который регулярно привозил шефа на адрес и помогал заносить пакеты с покупками.
Стук в двери не прекращался. Надо было вставать, иначе непрошенный визитер грозил разбудить весь дом. За ближайших соседей он не переживал. Их не было, так как на лестничной площадке остальные квартиры находились на стадии внутренней отделки.
Осторожно, чтобы не разбудить, он убрал ногу подруги с себя и выбрался из-под одеяла. Набросив на голое тело халат, направился к двери. Тело сопротивлялось такому насилию над еще пьяным и уставшим от секса организмом, а глаза вообще отказывались работать, поэтому свой путь Иван осматривал одним полуоткрытым глазом.
А вот увиденное в дверной глазок мгновенно мобилизовало внутреннюю энергию организма. За дверью стоял лично начальник областного управления ФСБ Житенев Андрей Михайлович, который славился как властный, принципиальный и жесткий человек. «Вот это засада. Следили, раз о квартире знают. И пришли «брать» когда я совсем на расслабоне оказался. Что же они «накопали» на меня?» – рой тревожных мыслей пронесся в голове. Сразу вспомнились последние «мутные» схемы по бюджетным средствам на ремонте двух школ в дальнем мухосранском районе области, с «его» фирмами-подрядчиками, телефонные разговоры с начальником областной налоговой с просьбой «по-штормить» пару несговорчивых предпринимателей и наоборот не трогать одного хорошего знакомого. Но медлить с открыванием двери нельзя и рука, путаясь в длинном рукаве халата, потянулась к дверному замку.
– Добрый вечер, Андрей Михайлович, – голос звучал сухо, так как горло, как и все остальные органы, слушалось плохо.
– Скорее ночь и совсем недобрая. Я в машине жду. Думаю, что пары минут достаточно, чтобы собрать вещи и спуститься вниз.
Он не спрашивал о двух минутах, а просто констатировал то, что должно было произойти.
– Я в машине. В ней на ходу переоденетесь, Иван Иванович, – Житенев развернулся и начал спускаться по лестнице, унося с собой мощный светодиодный фонарь, который и заливал лестничную площадку ярким светом. Только оставшись в темноте, Иван понял, что электричества в доме нет.
«По крайней мере, на арест это как-то не похоже. Уже хорошо», – думал Иван. Он сбросил на пол халат и начал собирать разбросанные по полу вещи. Дольше всего искал носки. Ему не очень хотелось расстраивать фсбешника, выбиваясь из установленного тем временного режима. Вскочив в трусы и брюки, держа под мышкой остальную одежду, он направился на выход. Промелькнула мысль, чтобы разбудить и попрощаться с Машей, но он ее тут же отбросил, так как это заберет у него драгоценные секунды. Закрыв двери, он, перепрыгивая через две-три ступеньки, рванул вниз по лестнице.
Возле подъезда стояла личная «Шкода» Житенева, но с водителем. Сам Житенев сидел на пассажирском сиденье. Задняя дверь салона предупредительно была открыта, а может и непредупредительно, а показывая срочность мероприятия.
