— Вот и раздуй грудную клетку, как гармошечные меха. А потом обратно… Ты тренируйся пока, а меня еще дел выше крыши!
— Разрешите обратиться? Просьба у меня к вам… — решился лейтенант.
— Что у тебя? — пребывая в благодушном настроении, спросил Петр Семеныч.
— Письмо родным отправить… — прошелестел Скворцов. — Прощальное…
— Письмо? — помрачнел Петр Семеныч. — А ведь они уже похоронку, наверное, получили. В наши дни это быстро — не сорок первый на дворе.
— Я написал об этом, — признался Лейтенант. — Но больше ничего такого! — поспешно добавил он. — Вот возьмите, — он вытащил из кармана сложенный тетрадный листок и протянул его некромагу. — Читайте… Мне нечего скрывать!
Петр Семеныч взял письмо, задумчиво повертел его в реках, но разворачивать не стал.
— Я передам его твоим родным, — пообещал он мертвецу. — Я вроде как должен тебе за беспокойство. Только и у меня к тебе просьба будет.
— Какая? — подался вперед Скворцов.
— Я полагаю, что ты не единственный, кто захочет попрощаться с родней… Пусть пишут. Но… Их письма доставят по адресу только после рассекречивания информации о боевых подразделениях, подобных вашему. Твое письмо я отравлю, как только появится возможность. Но только твое… Поэтому не распространяйся! Пойми, по-другому я не могу.
Скворцов понимающе кивнул.
— Ну вот и здорово! Теперь ты мне вот что скажи: старшие офицеры среди твоих есть?
— Из офицеров еще два лейтенанта, пяток прапорщиков.
— Выходит, ты старший?
— Так точно!
— Тогда пойдем со мной. Нужно приготовить фрицам хороший сюрприз, а времени у нас мало.
