– О, Рэли, – с несчастным видом произнесла мать. – Это будет такой скандал. Все будут смеяться над тобой. Надо мной. И я даже и думать не хочу, что это будет значить для Роджера. Для наших отношений.
– Если он любит тебя достаточно сильно, то почему его должно беспокоить, что скажет кто-то? – спросила Рэли.
– Только пообещай мне, – умоляла ее мать, – что ничего не станешь предпринимать прямо сейчас. Дай мне обдумать все, хорошо, дорогая?
– Я ничего не могу сделать, – отрезала Рэли. – Без тебя я не существую.
А затем как-то так получилось, что выявилась куча вещей, которые надо было сделать, не откладывая. Позвонил Роджер, ему нужно было ответить. «О да, дорогой, – слышала она воркование ее матери в трубку. – Я приготовила легкий ужин для одной моей приятельницы. Нет, нет. Ты ее не знаешь. В одиннадцать часов? О, дорогой, я ненавижу, когда ты работаешь так поздно. Да, да, я тоже скучаю по тебе. Я люблю тебя». А затем мать начала суетиться, расставляя на маленьком обеденном столе свой чудесный фарфоровый сервиз и столовое серебро. Готовить суфле, особый салат, в то время как Рэли откупорила еще одну бутылку превосходного белого вина. Последовало еще несколько телефонных звонков. От нескольких приятельниц. Потом домоправительница, вернувшаяся с прогулки, просунула в дверь голову, чтобы пожелать спокойной ночи.
– Это мисс Фиск, – сказала Бет Кэрол, стараясь не глядеть в ее сторону. Потом она вскочила, побежала и принесла десерт. Посмотрела на свои часы. Мне пора уходить, поняла Рэли. Она не хочет, чтобы я столкнулась с Роджером. Не сегодня вечером. Может быть, никогда.
Они вместе прошли к входной двери. Мать обнимала ее за талию, она говорила, что до сих пор не может поверить во все это, что это был самый счастливый день в ее жизни.
– А что касается всех дел, что ж, – сказала мать, – мы их обсудим позже, когда я смогу отнестись ко всему не так эмоционально. Когда мы обе сможем подойти ко всему спокойно. Рассудительно.
– Рэли, когда ты увидишь своего отца, – нерешительно начала мать, – когда ты увидишь Пола…
Рэли стояла на ступеньке крыльца, держа мать за руку, и ждала.
– Я не знаю, как тебе сказать об этом! – в отчаяньи воскликнула ее мать. – О, Рэли, давным-давно, когда мы были молодыми, когда были совсем детьми, я снялась в одном фильме…
– Каком фильме? – спросила Рэли.
– В фильме, который снял Пол. Вместе с Дарби, – пробормотала Бет. – Для того чтобы заработать немного денег. Мы были совсем разорены…
Порнофильм, дошло до Рэли.
– О, они ничего с ним не сделали, – сказала ее мать. – Они не решились связываться с этим. Но теперь Пол угрожает мне этим. Угрожает, что покажет его, если я не отдам ему мою половину всего. «Ты сейчас устроилась в жизни», – сказал он. Но Роджер, понимаешь, Роджер бизнесмен. Все, что мое, должно принадлежать мне. Он настаивает на этом.
Рэли схватила мать за руку, взглянула в ее измученное лицо.
– Если бы ты могла просто поговорить с ним, – умоляла Бет, – может быть, если это будешь ты, он пойдет на попятный.
– У меня нет никакого намерения видеться с ним, – нерешительно произнесла Рэли. – Во всяком случае, пока. Тогда в Мексике произошло кое-что…
– Это убьет меня, – плача, сказала мать.
Глядя в зеркало заднего обзора, как мать стоит в дверях и машет ей на прощание, Рэли машинально словно прокручивала в сознании обрывки их разговоров. Порнофильм, который Пол держал, над ее головой, словно топор. «Я должна пойти на это, – сказала Бет Кэрол. – Он может вышвырнуть меня отовсюду. Мне будет некуда деться».
– Но разве ты не сможешь найти какую-то работу? – спросила Рэли.
– А что я умею? – ответила ей мать. – Я не такая, как ты, у меня нет образования, ни каких-либо навыков.
– Но должно быть что-то, что ты могла бы делать… – начала было Рэли и остановилась. Осознала, что все, чего хотела ее мать, это быть с Полом, что она сделала бы все, только бы быть с ним. Что как бы то ни было, она играла отведенную ей роль, чего бы ей это ни стоило.
И как она отреагировала, когда Рэли рассказала ей о планах своей собственной карьеры. Прежде всего магистерство[30] в Кальтек, участие в программе, которая там разворачивается по изучению самых отдаленных из достигнутых точек вселенной, а потом и докторская степень.
– Когда ты была маленькой, то всегда любила говорить, что будешь исследователем, – вспомнила мать, сияя глазами. И добавила после паузы: – Но, дорогая, а как же муж, дети?
– А что? – спросила Рэли.
– Разве ты не хочешь иметь их, дорогая? – спросила мать. – Хороший дом, семью?
– Все, чего я хочу, это наилучшим образом добиться того, на что я способна, – ответила Рэли, нахмурившись. – И я хочу полагаться в этом на себя. Это мой риск.
– Я могу понять тебя, – согласилась мать. – Но разве твой план не включает любовь?
– Это зависит от цены, – улыбнулась Рэли.